Перед глазами у него поплыл туман, белые и красные круги заскользили в мозгу.
Лев Григорьевич смахнул с пиджака несуществующую пылинку.
— Послушай, — начал он неуверенно, все еще не глядя мне в лицо. — Я тебя не узнаю…
Я молчала.
- Как же?
- Так, так.
— Ты была… - Он попытался продолжать, но не успел.
Я прервала его:
- Я была в самом деле непрошеной.
Лицо отца исказила судорога, рот искривился.
Он попытался проглотить слюну, поднес было руку к губам, но резкая боль в плече помешала ему сделать это.
Перед глазами у него поплыл туман, белые и красные круги заскользили в мозгу...