Демид Ермаков

346346346

456456456456

По Ворошиловградскому проспекту, главной улице города, гуляло много народу. Просто неправдоподобно много. Словно людей специально свезли сюда и заставили ходить взад-вперед, забегать и выбегать из дверей магазинов, быстро пересекать улицу прямо перед радиаторами машин. Я почувствовал себя муравьем, очутившимся среди большого леса. И только когда я услышал в трубке телефона-автомата Борькин голос, ощущение одинокости прошло. – Кича! Ты откуда? – Долго объяснять. Мне нужны штаны и пиджак. Куртка тоже сойдет. Михайлов хмыкнул: – Ты что, голый? – В форме, как полагается, и на мотоцикле… – Ладно, разберемся...

Лариса держала рычаг, а я мыл руки, девушка тихо сказала: – Смотри. Из палаты вышел отец Леонтий, держа под руку свою жену. У Лопатиной в руках был небольшой узелок. Отец Леонтий чему-то улыбался. Проходя мимо нас, супруги задержались. – Лара, я там в тумбочке оставила расческу и бигуди. Пользуйся, – сказала Лопатина. – Хорошо, Оля. Вообще-то я тоже скоро… – Здравствуйте, – вежливо поклонился отец Леонтий. – Приветствую, – ответил я. – Познакомься, Оля. Дмитрий Александрович, твой земляк. Оля протянула мне руку. Я показал свои мокрые. Она улыбнулась. – Я знала, что вы из Калинина. Зашли бы к нам как-нибудь? А то даже не раскланиваемся...

– Ну да. Узнают же, например, о звездах, которые находятся за миллионы и миллионы километров? Познают и это. – Познают, наверное… – Тебе-то хочется узнать? Славка задумался. – А можно ли? – Если учиться, наблюдать, читать. Ты читаешь много? – Читаю, – ответил он неопределенно. Я растянулся под кустиком ракиты и, прищурившись, смотрел на небо сквозь красноватые гибкие прутья. – Конечно, мало читаю, – вздохнул паренек. – Книжки все пошли неинтересные. Баба Вера привезла из района целую охапку. Читаешь, а там глупость какая-то. Такой-то парень пошел к такому-то. В городе, конечно. Больше про Москву пишут...

Чава как в воду канул. Зара уже ходила к Ксении Филипповне. И была почему-то спокойна, даже усмехалась. Мне это показалось подозрительным. Уж не посвящена ли она в намерения сына? Но и с ней я не хотел говорить. Надо сначала порастрясти станичников. Уж наверняка кому-нибудь не спалось в душную субботнюю ночь. Обязательно найдется хоть один человек, вставший рано, до зари, по своим крестьянским заботам. Я хотел пойти поговорить с соседями бабы Насти, но ко мне заглянул Федя Колпаков, колхозный шофер. – Наверное, у тебя на сберкнижке тысячи, коли ты столько времени не работал. – Как не работал? Работал...