Дингер. Неотправленные письма

— Ребенок, — присел я перед ней. — Я, конечно, ценю твою способность создавать проблемы, но, поверь, если бы был даже просто незнакомым дядей, я бы тоже тебя спас. И не нужно проверять, какой я смелый и героический, ладно? — Она молчала. — Даже мама бы побежала тебя спасать. — От всех самых-самых злодейских злодеев? — От всех-всех! — Честно-честно? — Да. Катька повеселела. Запрыгала на одной ножке, и запела: «А у меня папа — самый лучший! А у меня папа — самый сильный и класивы-ый...» — Катька? Ты про меня поешь? — Да, — остановилась она...

— I kill you, Batman! — Ha-ha! No! — Why? — Because I’m Batman! Я подскочил. И отпрыгнул в сторону, когда надо мной пролетела гигантская тень. И следом — счастливый писк Катьки: — Я летю! Подняв голову, я узрел интересную картину: большой дядька в костюме летучей мыши летел куда-то вверх, прижав к себе Катьку... Начало тут: — Стоять!!! — заорал я так, что чуть не сорвал связки. — Катюха! А ну-ка вернись! Мышь-переросток будто на стену напоролся. Резко спикировал в сторону и приземлился на крыше небольшого здания...

Шел я долго. Пробовал сворачивать, но натыкался на зеркальные стены. Дорога была только одна, прямая, как стрела. И когда, интересно, закончится этот коридор?.. Засек по своим часам — я шагаю уже почти час. И долго еще? Я остановился и осторожно потряс Катьку за плечо: — Ребенок, ты меня слышишь? Начало тут: Она открыла глаза, потом закрыла и снова обхватила мою руку, сладко чмокнув губами. — Хватит дрыхнуть! Ты, кстати, не такая уж и легкая! Просыпайся! Она захныкала, не открывая глаз. Потом недовольно...

Пришлось петь... Я вспомнил весь репертуар дворовых песен, старательно избегая матерных выражений. И про голубей над нашей зоной, и про снежную королеву спел. И даже зачем-то вспомнил ни к селу ни к городу песню про Чапаева... — Спишь? — тихонько спросил я. Катька не ответила, лишь сладко причмокнула... И тут мне в голову пришла идея. Начало тут: Я осторожно взял ее на руки и направился к дверям. — Тссс, тихо! — шепотом рявкнул я, увидев как ко мне подступились мужички. — Жрица любит спать, когда дядя носит ее на руках...

— Ах, какая девочка! Как она хорошо спряталась! — Осталось последнее пристанище — мой небольшой шкаф, где висела моя одежда. Но он совсем небольшой. Интересно, как она там поместилась? — Я иду искать! Быстро открыл дверцу и остолбенел. В шкафу висела одежда. И все... Я оглянулся по сторонам. Подергал окно, проверяя. Закрыто. — Катя? Ты где? Я сдаюсь! — Тишина. — Катюха! Выходи, я сдаюсь! И тогда я рванулся обыскивать все углы. Катька как в воду канула. Я уже представил заплаканную Ирку, полицию, которая составляет протокол пропажи ребенка — и мне стало плохо...