Почему я не могу смотреть его фотографии? «Я не могу зайти в его комнату. Не могу смотреть фотографии. Даже имя иногда больно слышать». После смерти близкого мы часто начинаем избегать всего, что напоминает о нём. Его вещей. Любимых мест. Музыки. Фотографий. Общих знакомых. Иногда даже дороги, по которой раньше ходили вместе. Почему? Потому что любое напоминание может снова столкнуть нас с реальностью: его больше нет. Избегание на какое-то время уменьшает боль. И особенно в начале горевания оно может быть естественным способом психики дать себе передышку. Но если избегание становится постоянным, возникает парадокс...
МоЯ психологиЯ
Руминация
Мысль о смерти как жёваная жвачка Есть мысли, которые мы думаем. А есть мысли, которые мы жуём. Снова. И снова. И снова. «Если бы я раньше заметила…» «Если бы настояла на обследовании…» «Если бы вызвала скорую на десять минут раньше…» «Почему я тогда не поняла?» «А что, если бы в тот день всё произошло иначе?» В психологии такое повторяющееся прокручивание мыслей называют руминацией. После внезапной смерти мозг снова и снова возвращается к произошедшему и пытается найти другой вариант развития событий. И здесь есть один интересный парадокс. Практически каждое наше «если бы…» заканчивается одинаково: он бы не умер...
Почему великий моралист Лев Толстой на старости лет решил, что секс – это практически преступление, а идеальный брак – это когда муж и жена
живут долго, счастливо и желательно друг к другу не прикасаются? Спойлер: всё сложно. Очень по-толстовски сложно. В 1889 году Лев Николаевич пишет «Крейцерову сонату». Произведение моментально вызывает скандал. Его запрещают, цензурируют, вокруг него начинается приличный XIX-вековый срач. Без комментариев и сторис, но с участием государства и церкви. То есть охваты хорошие. Потому что Толстой полез туда, куда приличному обществу смотреть было не положено: в спальню благополучного брака. И сказал...
Почему политические споры практически никогда не заканчиваются фразой
: «Слушай, а ты прав. Я всё понял и изменил своё мнение». Хотя было бы красиво. Почти фантастика. Джонатан Хайдт в книге «Праведный разум» предлагает прекрасную метафору нашей психики: слон и всадник. Слон – это наши быстрые интуиции, эмоции, симпатии, антипатии и мгновенные оценки. Всадник – рациональная часть. Та самая, которой мы страшно гордимся. Она умеет рассуждать, анализировать факты, приводить аргументы и употреблять слово «объективно» с очень серьёзным лицом. И вот тут неприятная новость...
В терапии я не пытаюсь стереть память о близком человеке
В терапии я не пытаюсь стереть память о близком человеке. И не учу «отпускать». Я помогаю психике прожить травму так, чтобы мозг перестал воспринимать её как происходящую прямо сейчас. И однажды вы замечаете, что дверь открылась… И сердце больше не замирает...
🍂 СЕНТЯБРЬСКОЕ ОБОСТРЕНИЕ
Осень. По всем законам жанра я должна была завернуться в плед, смотреть в окно, драматично вздыхать и ждать сезонную хандру. Но что-то пошло не по протоколу. У меня прекрасное настроение. Подозреваю, это потому, что вы у меня есть. Других научно обоснованных объяснений пока не нашла 😁 Поэтому объявляю сентябрьское обострение щедрости. Весь сентябрь: 🍁 одна сессия – 3000 ₽ вместо 3500 ₽ 🍁 если записываетесь сразу на 5 сессий — 2500 ₽ за сессию, то есть 12 500 ₽ за весь пакет вместо 17 500 ₽ Да, я умею считать...

