Оршуляк Андрей. Автор-исполнитель. Гитарный мастер

Начал работу над книгой.... Вояж. Записки советского офицера. Перебираю старые вещи в ящиках. Имею привычку раз в пять, десять лет перебирать и выкидывать то, что не понадобилось мне в течении года. В руки попадается карта раскладушка «Автомобильные дороги Европы» с карандашными пометками. Опачки. Маршруты через границы. Цифры дат. Да это же наш коммерческий вояж. Не успел моргнуть глазом, как память меня протащила по всему маршруту. Мелькнула мысль о том, что неплохо было бы написать про тот забугорный выезд. Уж больно много чего произошло в тот период времени…  Старые вещи были выброшены и мысль про огласку вояжа засела ноющей занозой в башке…    Над территорией большой страны в северном полушарии забродил призрак развала СССР. Запах перестройки терзал ноздри простых советских людей, которые проживали жизнь в полном покое и уверенности в завтрашнем дне. Годами не меняющиеся цены на оплату жилья, продуктов и промтоваров удовлетворяли размеры зарплат в пределах 100-120 деревянных в месяц.    Над великой державой нависли карающим мечом лихие девяностые. За безоблачное проживание, где все было предопределено заранее: Роддом, ясли. Сад, школа, ПТУ или институт, работа, раз в год на море во время отпуска, если повезёт насобирать на Жигули за десять лет, перебиваясь на хлебе и чае. Потом торжественные проводы на пенсию, домино во дворах, или лузганье семечек на лавочках у дворов. И в финале место на кладбище. Бесплатно.    Лихие девяностые - это годы потери Советского Союза, обнищания граждан во время шоковой терапии, бандитский беспредел, когда оружие с армейских складов загуляло по городам, где застрелить человека стоило копейки, где институты власти срослись с криминалом.    Горбач разваливал страну, лишая её ядерного щита под присмотром американского госдепа. Строем на убой пошли войска стратегического назначения. В степях Казахстана взрывали шахты, в которых стояли ракеты САТАНА, на Украине резали подвижки ПИОНЕР, которые были готовы стереть с лица земли чуждую социализму буржуазную систему.    Именно в это время я перевёлся из Казахстана на Украину. Перспектив службы не было. Дивизия, в которую меня перевели, попадала под сокращение. Вариант службы на Камчатке меня не устроил и в январе 1990 года я был уволен по сокращению штатов. Все мои помыслы устремились в Ростов на Дону, где мне предстояло с нуля выстраивать гражданскую жизнь. Паники не было. Я был молод, здоров, полон созидающей силы и энергии.   Все варианты с устройством на завод (образование позволяло работать мастером) и хождением через вертушку, по совету тёщи, были сразу отметены. После долгих лет службы в замкнутом пространстве хотелось вольницы. Уже в последние месяцы службы знал чем буду заниматься на гражданке. Библиотека гарнизонного дома офицеров была мной перелопачена на предмет будущей профессии, которая будет меня кормить всю оставшуюся жизнь.   Благодаря своему отцу с детства был дружен с автомобилем. Ещё будучи школьником помогал папе с прокачкой тормозов, заменой раздатки, переобувкой резины, переборкой мотора. Поэтому решил сразу. Буду чинить автомобили.   Тупо крутить гайки, перебирая ходовьё, не хотелось. Поэтому для себя нашел интеллектуальное занятие. Ремонт топливной аппаратуры, т.е. карбюраторов. Тончайший прибор для приготовления смеси топлива с воздухом для нормального сгорания в цилиндрах. Именно этот прибор позволял двигателю работать на холостом ходу, заводиться в морозы, двигаться с ускорением. Любая проблема в его работе становилась геморроем для водителя. Благо для освоения этой профессией у меня были предпосылки в качестве полученного инженерного образования в высшей советской школе. Курсантам в военном училище преподавали теплотехнику и горение, аэро-гидро-динамику, тепловые машины. Ведь мы должны били ремонтировать и обслуживать ракетные двигатели. А карбюраторы? Так это просто семечки. Не раз потом хвалил образование полученное в СССР и говорил, - спасибо Родина, за всё, что она мне дала.