Авторские тексты Екатерины Гаспер

Они зашли в салон автобуса и скромно встали у большого окна в середине. Сначала пожилой мужчина, худой и высокий, потом его внук, лет пяти. Мужчина молча смотрел в окно, прислоняясь к нему плечом, изредка с тихой улыбкой поглядывая на внука. А тот что-то озорно бормотал себе под нос и водил пальцем в воздухе, производя в уме какие-то замысловатые и только ему ведомые подсчеты. Время от времени дедушка добродушно кивал ему на поручень, напоминая, что нужно держаться, а сам продолжал стоять, прислонившись к окну и держа руки в карманах...

Котёнок сидел у забора и с каждым порывом ветра всё больше вжимался в холодные железные прутья. Мимо сновали прохожие. Они прятали красные носы под поднятыми воротниками и торопились поскорее скрыться от этой промозглой погоды. Ветер был сердитый и ловкий. Котёнок со всей силы старался съёжиться в комок и замотаться хвостом, но ветер находил каждую его шерстинку, хозяйски меняя их направление. Вдруг котёнок заметил мальчика. Тот шёл за руку с папой. Папа был высокий, с быстрым шагом и короткими руками...

Дождь лил вторые сутки. Мальчик сидел у окна и смотрел на щенка во дворе. Тот неуклюже бегал по мокрой траве и ловил носом капли. Они были крупные и тяжёлые и, казалось, с силой выбивали из жаркой июльской земли зной и пыль. Вдруг щенок поскользнулся и свалился в коричневую лужу. Тут же вскочил, встряхнулся и с испугу бросился в свою будку. Но уже через пару секунд показался его чёрный шершавый нос, и он снова носился по двору и играл с дождём. "Можно я пойду на улицу?" - спросил мальчик маму, которая суетливо прибиралась рядом в комнате...

В четыре утра на набережной были только редкие чайки. Она села на большой плоский камень у самой кромки воды, блокнот с ручкой положила рядом. Собрала волосы в пучок, чтобы ветер не играл с ними и не отвлекал. Море молчало. Сонные волны не дотягивали до берега и растворялись на глубине. Но кое-где можно было поймать отдельные ленивые всплески. Ничего не хотелось ни думать, ни чувствовать...

Дорога как обычно бежала не задумываясь. Так же одинаково - как каждый день, из года в год, без оглядки на день или ночь. По бокам только успевали мелькать деревья, поля, реки, какие-нибудь старые деревянные дома, иногда в общую картину попадал человек. Он обычно, остановившись, молча наблюдал, как она пролетала мимо, а потом продолжал заниматься своими делами. Дорога никогда не думала, куда и зачем она бежит. Эта реальность была так привычна, что делала любые такие вопросы противоестественными...