Маргарита Клочкова

Си-со-син, си-со-син, си-со-син! После очередного моего «со-син» я почувствовала, что в меня влетела плюшевая обезьяна! — Вера, заткнись! — Сама заткнись!

Я расскажу тебе историю, которая случилось давным- давно. В те времена, когда в нашей стране не было высоких домов, асфальтированных дорог, столбов с проводами электричества и супермаркетов… В те далёкие времена люди также сильно верили в чудеса и волшебство...

Ни одна новогодняя комедия, которую я видел за свои почти 40 лет, не сравнится с тем, как мы семьей встречали новый 1996 год. Начиналось всё вполне традиционно! 30 декабря обычно я с вазочкой конфет подмышкой смотрел мультики или «Играй, гормоны»: как повезет...

Завтра у меня праздник! Бабуля говорит, что это Великий день, а дедушка смеётся: «всё, Сонька, детство закончилось», и рассказывает папе какой-то анекдот про мальчика Вовочку и 10 лет срока. Папа улыбается устало, но дедушка смеётся еще больше, толкает меня локтем вбок и говорит:  «…только теперь 11 лет срока стало», и прям ухохатывается так, что усы трясутся. Мама зовёт меня к себе, я очень жду завтра. Мама готовит на линейку блузку и говорит: — Соня, ты у меня завтра будешь самой красивой! Самой-самой! Лучше всех! Я улыбаюсь маме в ответ, мама никогда мне не врёт...

Моя мама родилась не в то время. Я не раз приходила к этой мысли, листая ленту в социальных сетях. А потом эта мысль стала укрепляться ещё больше, когда у блогеров стало модно объявлять о своем дне рождения задолго до него: «Ой, купила сегодня, 2 февраля, йогурт, а у него срок годности закончится в мой день рождения, 2 апреля. Какое милое совпадение,согласитесь?», «Так, мои хорошие, давайте мне на день рождения поможем выбрать наряд от классного магазина “MneZaplatili”: черный комбинезон берём или...

….. Накануне первого сентября я не могла уснуть. Без конца бегала в столовую, где в темно-синей вазе стояли срезанные из палисадника лиловые и красные георгины.  Букет был на месте, как и блузка на спинке стула, белая, красивая, в мелкую рюшу. Рядом с ней висели мои первые капроновые колготки. Белые с маленькими красными вишенками. Самое прекрасное, что было куплено мне за 7 лет. Я дотронулась кончиками пальцев до цветов, одежды и побежала, припрыгивая в свою комнату, где провалилась в сон. Причем...

Грубить было её привычкой. Даже когда Галя просто смотрела на человека, ничего не говоря, то хотелось произнести в ответ: — Женщина, а можно повежливее?! Она оценивала всех через призму своих чёрных очков, искажающих реальность, и делила людей на дебилов и… придурков. Вторым Галя давала всё же шанс стать в её глазах нормальными людьми. Небольшой, прям крохотный шанс, но всё же давала.  С первыми, то есть дебилами, её разговор был всегда предельно коротким: — Вы записывались на сайте? Нет? Идите записывайтесь и не морочьте мне голову...

Дешевой психологии целые трактаты, Все вдруг решили травмы залечить. И балуя ребёнка внутреннего, траты… За каждый «пук» не забывай себя хвалить! «Нет, ненормальных, ок все», — говорят мне. А я ищу тогда нормальность в Гитлере и Чикатило, По мне они должны гореть в аду в огне, По модных коучам — агрессия во мне заговорила. «Что треггерит вас волноваться так? Возможно, был абъюз, давайте это проработаем?!» Эх, ненормальных нет, а это уже знак, На терапию мне пора и напитаться квантовочастотами! ...

За нами уже столпилась очередь, а усатая продавщица Клавдия в небольшом киоске мороженого, продолжала в четвёртый раз на калькуляторе прибавлять несложные суммы. Я несколько раз переглянулась со старшей дочкой, подбадривая её. — 240! Будет 240, — не выдержала моя второклашка. — 60 умножить на 4. Мы специально взяли мороженое по одной цене, чтобы вы не сбились, как в прошлый раз. Мужчина позади нас нервно вздыхал, видимо, мечтая, о том, когда мы быстрее уже отсюда отойдём. Сын, устав от ожидания, катался на самокате, врезаясь то и дело в коляску, в меня, в подростков из очереди...

Я шла, утопая по колено в выпавшем с утра снегу, шла и гордо несла пакет с подарком и куском пирога, лимонного пирога, самого вкусного, который умела печь мама.  — Аня.. она хорошая, она не обижала меня особо, и почти не смеялась, когда мальчишки спустили мне на физкультуре штаны, и я осталась стоять посреди зала в белых трусах, — рассуждала я, когда уже виднелся красный забор дома именинницы. Рядом с воротами были следы от машин, значит, кого-то уже привезли родители. Я улыбнулась, вспоминая слова мамы: «День рождения — это хороший способ наладить отношения...

Пашка был самым симпатичным пацаном среди нас.  Нет-нет, это не моё мнение: у меня с ориентацией всё в порядке.  Просто все девчонки в институте вечно хотели с ним «мутить». Если мы одногруппниками ехали куда-то, то он был в центре женского внимания.  Как сейчас помню, на 1 курсе всех нас отправили собирать морковь на каком-то фермерском поле. Зачем отправляли? Почему? Я не помню, но отчетливо стоит перед глазами, как вокруг Пашки в грязных штанах и верхонках ютились и тогда девчонки.  А он довольный с грязной морковкой в руках что-то им там вещал, слушая кокетливое хихикание в ответ...

Я внимательно осматривала собравшихся: лица многих не выражали никаких эмоций, будто для особой грусти места в их сердцах нет, но и нейтрально-повседневные чувства показывать ситуация не предполагала.  В серединке меж двух подруг с каменным лицом сидела моя старшая дочь Татьяна. Сидела молча, будто мыслями, она вовсе и не здесь. А где же младшая? Я быстро метнулась её искать, она ж была моей главной опорой и помощницей в последние годы: в кухне её не было, и в моей спальне — тоже.  Катя была в детской, со своими детьми...