Будни Татуировщика

Когда сегодня мы говорим о советской татуировке, в голове сразу всплывают образы: блатные звёзды на плечах, грубые надписи из зоны, якоря моряков. Почти никто не вспоминает о легальных салонах. А они были...

Вы видели эти старые фотографии: улыбчивые советские моряки с якорями на предплечьях, ласточками на груди, драконами на плечах. Говорят, это просто «морская романтика», дань традициям парусного флота....

Вы видели эти картинки в интернете: «воровские звёзды» на коленях, кандалы на щиколотках, аббревиатуры в виде загадочных посланий. Всё это подаётся как святой грааль криминальной романтики, кодекс чести отверженных...

Мы все видели эти картинки: матрос, сжимающий гранату, грозный всадник в будённовке, пятиконечная звезда. Говорят, именно такие татуировки делали солдаты Великой Отечественной. Но я, как человек, годами...

Иногда я смотрю на свои руки и вижу не руки мастера. Я вижу хирурга без лицензии, гравера по живой плоти, культурно одобренного разрушителя. Моё ремесло основано на фундаментальном противоречии: я причиняю контролируемую травму, чтобы даровать красоту...

Я видел это ещё до того, как смешал первую каплю пигмента. В его глазах — восторг. В его позе — нетерпение. В его запросе — готовый рецепт моего профессионального самоубийства. Я сделал всё идеально. И получил трёхзвёздочный отзыв: «Мастер не почувствовал мою идею»...

Я отправила домой девушку, которая летела ко мне из другого города. Она заплакала у двери моей студии. Не потому, что я была груба. А потому, что я тронула её за лодыжку, и мои пальцы провалились в мягкую, как тесто, кожу, оставив медленно расправляющиеся ямки...

Я испортил дракона. Не технически — линии были безупречны. Я испортил его душу. Вместо холодной, стальной синевы он обрел грязно-фиолетовый оттенок пепла. И виной всему была не краска. Виной был я, не сумевший разглядеть главное: холст, который диктует правила живописи...

Это история о том, как я — мастер, бог своего станка и холста — потерпел сокрушительное поражение. И как это поражение научило меня слушать. Не клиента. Кожу. Её молчаливый голос, вшитый в саму структуру плоти...

Вы слышали о стилягах: узкие брюки, яркие галстуки, запрещённый джаз. Но вы никогда не слышали о главном — о том, что именно они создали первый исконно русский стиль татуировки. Не уголовный, не моряцкий, а эстетический...

Вы пришли в профессию, чтобы творить — а в итоге стали штамповать одну и ту же розу на предплечье двадцати разных людей. Вы больше не улыбаетесь, когда видите готовый эскиз, вы просто вздыхаете с облегчением, что успели в срок...

Когда клиент слышит цифру, он часто морщится: «Что, так дорого?». Я не обижаюсь. Я просто мысленно отправляю его на 50 лет вперёд. В тот день, когда его кожа в 70 лет всё ещё будет рассказывать историю, которую я вложил сегодня...