УльтраЖук

Муха в октябре Пришел домой вечером и тусую себе дома, ужин варганю. Только что нафигачил аранжировку и отдыхаю тишиной. И вдруг я слышу звук, которому не верю. Потому что это – жужжание мухи. На дворе октябрь, сегодня выпал первый снег. Откуда она взялась? Я ее тут раньше не видел и не слышал. А она жужжит и жужжит, с какой-то ноткой отчаянности, и нарезает круги по комнате, и на меня пару раз налетает. Ну, она такая поздняя, наверно, недолго ей осталось, вот и отчаивается, проносится у меня в голове. Стою удивляюсь. И думаю, как бы от нее избавиться, а то с утра мне такие сюрпризы не нужны ни летом, ни тем более, извините, зимой. И пока я это все думаю, муха вдруг на полпути прерывает свой полет и падает лапками кверху передо мной на стол. Вот и закончен путь. Подергала еще немного лапками и затихла. Мир праху, что называется. И вот думаю теперь: что это было? Кто-то из умерших посетил или просто муха? И бывают ли в этой жизни просто мухи в октябре?

Вот все сейчас спорят про девяностые, а я так считаю: лучшее время – это девяностые-шестидесятые-девяностые. А если серьезно, у меня тоже были девяностые, и мне тоже захотелось про них рассказать. Тссть, короткую истерическую справку. Как и любая эпоха, это время крайне неоднозначно. С одной стороны, оно запомнилось колоссальной нищетой многих и многих людей, с другой стороны, неожиданным богатством тоже довольно многих других, а с третьей – потрясающим, восхитительным, грязненьким, пошленьким, но очень живым духом свободы. В плане бедности – мне, честно говоря, удивительно, как мы все выжили. У меня это все проходило в Беларуси, но это те же яйца, только сбоку. Мои родители работали институтскими преподавателями, и их зарплата в какой-то момент составляла что-то около 20 долларов. Конкретно мы выжили во многом благодаря тому, что отец основал научный журнал, под который нашел и финансирование от молодых, только что вылупившихся бизнесов, и получил грант от фонда Сороса. С продуктами в Беларуси была вообще труба – пенсионеры занимали очередь за два часа до открытия магазина, чтобы им досталось немного пищевых костей, которые им «выбрасывали» - все как при совке. Давно там не был, но уж надеюсь, сейчас там поприличнее. Все продукты надо было «ловить», не успеешь – разберут. Да и денег на них нет, поэтому частым рационом у нас были пельмени и только что появившаяся лапша быстрого приготовления. Юмор, который до этого шутил только про тещу и раков по пять, стал шутить исключительно на постельную тематику. Качество эстрады резко рухнуло, до этого все держались на несколько неживом, но интеллигентном уровне, а тут запели косноязычными фразами с рифмами типа «окно-ведро». Всем этим, а еще бесконечными сериалами про потерянных детей и память, люди отвлекались от того, что денег было мало, жрать было зачастую нечего, и чего ждать, было неизвестно. Зарабатывали как могли. Кто-то челночил, гоняли в Польшу и Германию что-то покупать и продавать. У нас в школе физрук с работы ушел – ему челночество больше приносило. Я был тогда мал, но все равно ощущал этот дух свободы и новых интересных инициатив, я видел отца и его журнал, я видел развитие большого количества очень интересных творческих единиц и коллективов, и в Беларуси, и в России – великое было время, хоть и страшноватое, хоть и убило кого-то наповал. Эпоха оставила ряд звуковых ассоциаций, часть из которых – голоса политиков. Знаменитое «Ну, понимаешь, россияне» голосом Ельцина осталось в памяти многих – хотя и больше через программу «Куклы», чем через самого Ельцина, который так концентрированно это все не говорил. Однако я все-таки не смог не сделать из этих слов трэк, и в нем как раз само собой сложилось, что Ельцин, как будто откуда-то с того света, с некоторой грустью говорит: «Понимаешь, россияне – загогулина». htyoutu.be/...01a

Ура! Вот и вышел альбом Мелодичь проекта Ультражук! Десять прекрасных, душистых, ароматных, только что из пекарни, песен – ждут ваших радостных прослушиваний! Время создания – практически вся жизнь. Самая ранняя песня из альбома (Delete) была написана ажно в 2001 году. Самая поздняя (Между строк) – в 2022 году. Почему в альбом вошли именно эти песни, я словами не выражу – я так Чувствую. У меня впервые в жизни было ощущение Готовности альбома – и это само по себе удивительно, я уж думал, такого не бывает. Вообще, песен у меня довольно много, и по сути уже готов и второй, и третий альбом. Дальше – только больше и лучше! Но пока – слушаем Мелодичь, и наслаждаемся. Основания – есть. Ссылка в шапке, никакая мама носа не подточит. Сведение by me и Ник Риин, мастеринг - Denny Kay и Ник Риин , бэк-вокал в песнях Ананасовый сок и Влюбистика - Ника Мовсесян, саксофон в песне Юли не было - Катя Рекстон, обложка - Аня Зайцева. Спасибо всем, кто помог, вы классные!

Когда на часах опять это мое любимое время, про которое все говорят, что в него надо уже давно спать, а я все сижу и кайфую от ощущения жизни в этой мерцающей сквозь бормотание холодильника тишине – тогда можно и о сокровенном. Потому что ну а когда еще – днем, что ли? Когда все нахохленные и намыленные, как котята после кошкиной матобработки языком? И все такие важные и занятые? И самое главное – когда всем все надо Очень и Очень Срочно?! Данунах. Покажите мне, от чего там кайфовать – и я не брошу в вас камень. Поэтому ночью. А что есть то самое сокровенное, о котором можно поговорить только ночью? Неужели блин снова любовь? Да, сука, снова она. Хотя что о ней говорить? Ее Делать надо. Все время. Вместе и по отдельности. Большими коллективами и закрытыми анклавами. Вдоль и поперек. Снизу вверх. Справа налево. Зиг-за-га-ми. Падая от изнеможения, отдыхая в таком случае ровно пятнадцать минут (за нарушение – расстрел), и потом опять – делать и делать любовь. Пока сука не сдохнешь. А потом такой в рай попадаешь, а там тебя ангел встречает и говорит: ну что ж, любовь земная далась тебе непросто, поразминайся пока любовью небесной! – и опять двадцать пять, только как-то по-другому, потому что в раю. То есть, надо полагать – по-райски! Но только опять никак иначе нельзя, иначе в ад попадешь. Ну и ты такой лет через пятьсот: а мошт, ну его все нахер, сгоняю в адок. И такой ходишь неприкаянный, не любишь никого совершенно – и ждешь, когда же уже в ад заберут. А они все не забирают. Автобусы в ад проезжают мимо, но тебе не останавливаются. Ты им машешь, сука, машешь изо всех сил, кричишь им и на райском, и на адском – ты же ведь, гнида, и там умудрился иностранный язык выучить. И вот ты никого не любишь, в ад тебя не забирают, и вдруг ты понимаешь – а это ведь тоже рай. Ну и в этот момент, конечно, как полагается по классике – черти, душа чик-чик и вот это все. И такой музон фундаментальный. И титрочки.

Звуки честнее. Потому что проще. И потому что за этой простотой много сложности. Люди тоже ничо бывают, но наблюдать за воздействием на них звуками интереснее. Ну хотя ладно, чо я, все хорошие. Все ведь про меня тоже могут чонибуть сказать, а я просто существую эз ит из. Да и правда, хороших людей-то много. Я прям вот плохих-то редко видывал, я вам так скажу. Ну вот бывают с гнильцой. Их даже, может быть, и большинство. А остальные – хорошие. Ну то есть, эти тоже хорошие. Но по-другому. Они бета-хорошие. А те остальные классные – они альфа-хорошие. Вот и все. И тем, кто бета, надо давать одинаковую среднюю зарплату и одевать в одинаковую одежду. А тем, кто альфа, надо выдавать Все Ресурсы, и пусть они с ними делают, Чо Хотят. Такая вот игра. А потом все, в двадцать три тридцать расходимся – чтобы на метро успеть. - На видео фрагмент выступления проекта Ultrajuke в чил-зоне клуба Мутабор, самого восьмого из всех ноябрей, самого две тысячи двадцать второго из всех годов.