Е. Б.

Когда нам не везет в какой-то сфере, мы не хотим общаться на эту тему. Да и правда, сил нет, энергии. И на вопрос «Как твои дела» нужно что-то придумывать, чтоб КАК-то ответить на вопрос «КАК?».  А сказать часто и нечего.  И ответ «Да пока никак» не настраивает на приятное и равное общение, а загоняет в какое-то униженное положение по отношению к спрашивающему.  Вот чтоб не загоняться, общение часто блокируется. Показывать себя не в ресурсном состоянии - кому охота. И вот мы уже сворачиваем переписку...

«Дорогая, дай газетку почитать!» - фамильярно обратился ко мне кареглазый тип лет двадцати семи, проходя по коридору поезда и заглядывая в открытое купе. Здрасьте вам! Ну, во -первых, я не даю незнакомым мужчинам читать свои газетки, во-вторых, мы с ним на «брудершафт» не пили, чтобы он мне «ТЫкал»! Ну, и в- третьих, насколько я «дорогая» ему никогда, слава богу, не узнать! В общем-то, это и было моим ответом кареглазому хаму под два метра ростом. Такого отпора от какой-то пигалицы, дышащей ему в пупок, он, похоже, не ожидал...

Вопрос прыгать или не прыгать с одной девятиэтажки на другую не стоял вообще. Просто догонят и просто растерзают. Я бежала вверх, спасаясь от сексуально озабоченных зверюг. Помощи ждать неоткуда, осенью темнеет рано. Да и страшно помочь девушке - могут и пристрелить. Или размозжат череп кастетом. Этих обдолбанных ублюдков я не знала, они меня тоже. Вот же угораздило понравиться на улице. А может просто звезды не тем боком сошлись в тот день. Что мне подсказало, что надо забежать в чужой дом - не знаю. Может на улице я уже проигрывала в этой безумной гонке с криками и угрозами. А тут как раз новостройки...

Когда надрывно стонет ветер, Когда тревога душу рвет, Всегда я помню, что на свете, Есть дом, в котором кто-то ждёт. Откроют двери без оглядки На мой пустующий карман, Где сто рублей, застряв в подкладке, Дарили счастья океан. Меня не спросят о гнетущем, Разбередив впустую боль; Напоят чем-то горло жгущим, Но скажут, что не алкоголь. И укрывая мягким пледом, Надев пуховые носки, Вернут мне ласковое лето, Согрев от ледяной тоски. Чуть разомлев в тепле и ласке, Под разговоры я усну...

Я не могу сказать: «Она - красива!» Что не красива, тоже не сказать, Но есть внутри нее такая сила, Которую не в силах описать. Она заходит в дом - дыханье стынет, Глаза магнитом следуют за ней, В ней фальши нет,  она острот не кинет, Как-будто друг, но оттого сложней. Боишься упустить любую фразу! Еще страшней, когда ответа нет… В ней есть такое, что не видно глазу, Что не опишет ни один портрет. Как...