Правило матушки Антонии

Младенцев этих полны дворцы и полны жупельные озера. От начала истребления до 9-ти месяцев они находятся в одном месте теплом, но в совершенной темноте. От 9-ти мес. и до года — иное место — тут уже день 12 часов и ночь 12 часов. От года до трех лет дети — отдельно, от трех лет до семи — отдельно, и большие дети там ухаживают за меньшими. Одежды на них одинаковы, как на заключенных, или как в детской колонии. По семилетнем возрасте отводятся дети уже на место мучений; больше всего попадает их в жупельное озеро, а до семи лет их не мучают, они только томятся в великой скорби. И кто из людей молится Богу, а это убийство совершает, и за грех его не признает, тот напрасно молится, он пойдет туда, куда предпослал безвинных чад своих. А если кто осознал свой страшный грех сей, покаялся в Церкви на исповеди, и стал жить благочестиво, таковых Бог прощает и детей возьмет на Сион, и его имя напишет в книгу Жизни, как блудного сына, возвратившегося с горьким раскаянием к Отцу Богу своему, и сотворит Бог в честь его покаяния и исправления жизни радость Ангелам. Прошение о них творить на имя матери, число душ не указывать, так же и ТРЕБЫ о них совершать с именем матери. Имен у них нет, их там называют "клубовы дети", они с плачем ждут вашего покаяния и молитв о них, а с выходом из Ада, после крещения в Раю — они получают свои имена. Апостол Христов старец Самуил с Богом.

«Однажды ночью по произволению Божию мне довелось пережить страшное видение. После этого я понял, что такое аборты! Была ночь на вторник Светлой Седмицы. Как обычно, я зажёг две свечи и поставил их в две консервные баночки. Обычно эти свечи горят и в то время, когда я сплю. Я ставлю их за тех, кто страдает душевно и телесно — я отношу к ним и живых, и усопших. И вот в двенадцать часов ночи, творя Иисусову молитву, я увидел большое, огороженное каменной изгородью поле. Поле было засеяно пшеницей, всходы едва-едва начали подрастать. Стоя за изгородью, я зажигал свечи за усопших и ставил их на каменную стену. Слева виднелась безводная, бесплодная местность — одни скалы и каменистые обрывы. Эта местность не переставая тряслась от сильного гула, в который сливались тысячи душераздирающих, разрывающих сердце криков. Даже самый чёрствый человек, услышав это, не мог бы остаться равнодушным. Страдая от этих криков и не понимая, что происходит, я услышал голос, говорящий мне: "Поле, засеянное ещё не начавшей колоситься пшеницей, — это усыпальница душ умерших, которые воскреснут. В месте, сотрясающемся и дрожащем от душераздирающих криков, находятся души детей, убитых абортами". Пережив такое, я уже не мог прийти в себя от той великой боли, которую испытал за души этих детей. И лечь отдыхать тоже не мог, несмотря на то что очень устал.» Преподобный ПаисийСвятогорец