Через слова

моя королева семнадцатый день молчит. не ест и не пьёт, не выходит из тронного зала. шлёт письма для тех, кого никогда не знала, а ночью о стены бьётся и страшно кричит. я сплю у её двери, самый старый и верный пёс. ночь в пасти несёт лохмотья зефирных грёз — но, знаю, нет толка в розовых сна миражах, вместо них королева глядит, как сбегает её душа. темнеет от боли сердце, ржавеет злато венца, и бледный морфей не смеет коснуться её лица, теней хоровод танцует, в неверном свете луны вора с королевской душою лихие глаза видны. об этом узнал я случайно, из старого дневника. где, ломаной чёрной вязью, трясущаяся рука, о дьявольском силуэте в спешке вывела гримуар. и, наверное, я напрасно до конца его прочитал. потому что прохладен голос и туманны её глаза, стала серой подобно пеплу некалёная бирюза. и улыбка остра, и ногти, и сутул прежде ровный стан, и свободен от ленты волос, обнажён у бедра кинжал. потому что горят деревни, и столица в дыму опять, королева балы не терпит, её тянет в бой, воевать. если здесь города истлеют, то очертит вражьи границы: «о, слуга, ещё до рассвета я заставлю их покориться!» я не спорю и не жалею, подношу ей мечи и пули — даже самый вернейший пёс — это зверь по своей натуре. на губах остывает кровь, пламенеет багрянцем солнце. моя новая королева восемнадцатый день смеётся. Автор https://vk.com/bringe

На плечах твоих, сложена стопками боль, Мне не ясно зачем, но ты носишь ее с собой. У тебя на руках, отметены острых фраз Они дополняют твой образ, но это не на показ. В глазах, словно льдинки, застыли чьи то слова… Ты теперь не пускаешь туда где  была пустота.  С тех пор, ты закрылся на тысячу и одну дверь, Это  не помогает, но ты продолжай, верь… Ночью, веки закроет, тяжесть былых обид: «Сердце молчит…Сердце теперь молчит..». Засыпая, ты повторяешь, в сто миллионный раз, Словно давая, своим же мыслям, прямой указ. Ты все решил, и ты больше не будешь слаб. Ты не откроешь дверь, не сделаешь первый шаг. Все это, больше не манит и не пьянит: «Сердце молчит… Сердце теперь молчит..». И все вроде бы решено, но не зажила пустота, Ты и не ждал исцеления, смирился, завёл кота. И даже не понял… Как вошла? Откуда взялась и чья? От макушки до пят, какая-то слишком твоя… Она не страшиться твоих хитроумных осад, Эти осады, ее даже слегка веселят. Ей как будто, все равно на твой мрачный мир. Она в пустоту собой налила живой эликсир… Ты и не знал, что где то там есть она, когда закрывал замки, Но эту дверь сам создал, точь в точь для ее руки.