Вероника Карпусь

Ты шил из шёлка шаль И шел навстречу, шаг Навстречу всем ветрам, летающим в горах. И шаль была нежна, как первый дождь весной, Как встречи лишь во снах, Бывающих с тобой. Ты был не смел, но все ж За нитью нить плелась. И скоро шаль твоя на плечи улеглась. И ветер залетел с горы, что за окном. И радостью хотел наполниться твой дом. Но окна ты закрыл, На спинке стула шаль. И скоро ты забыл, Как падает хрусталь. И нити расплелись, Запутавшись в себе. И ветер залетел, Бывающий везде. Вероника Карпусь

Я как чайка, я как птица. Я как-то дерево, которое качается на ветру. Такое во сне не приснится, Такое не увидишь наяву. То небо, что заполонили тучи. И те деревья, что виднеются из-за домов, И то, что тогда казалось лучше, Уже таким не кажется давно. И я не постарею, пока это Будет жить в моей душе. Пусть я не стану тем поэтом. Я стану кем-то, А ты часть меня уже. Вероника Карпусь

Не помню даже, но мы с вами где-то встречались. Возможно, это было кафе или вокзал, Но наши пути точно пересекались. Я жду от вас сигнал. Я знаю точно, мы виделись в этом месте. Возможно, это была зима. На вашей куртке была отметина, В виде от кофе пятна. От вас достаточно слова, И я точно пойму, Мы встретились с Вами снова. И я с Вами уйду. Вы стоите у киоска, покупаете журнал. Может быть, кто-то меня от вас украл. А вы забыли случайно. Такое бывает, но нет. Вы берете сдачу, нечаянно кидаете монету. Я подбегаю – кричу: "Постойте. Вы обранили". И про себя шепчу: "В сердце меня сохранили?" Вы усмехнулись: "Это всего лишь монета". И так случайно сердце моё задето. Я говорю, что нет. Это, наверное, знак. Уже прошло много лет. И вот он – маяк. Я понимаю, что, видимо, я ошиблась. Это не тот вокзал. Мы с вами нигде не встречались. Это всего лишь обман. Вероника Карпусь

Да, ты, наверное, прав. Не нужно бить посуду. Это всего лишь мой нрав, который требует с тебя ссуду Это всего лишь игра, и я, увы, проиграла. И вроде бы что-то большее, чем просто себя потеряла Ты знаешь, как жить, как правильно улыбаться, Как не казаться глупым, как в толпе не потеряться. Ты в зеркале видишь не только свое отражение, Но и людей, которые претерпели перед тобой поражение. Ты сильный, как будто непобедимый, Но самое страшное-ты нелюдимый. Ты боишься, нет даже теряешься. Ты не любить стараешься. И вот я бью уже 5 чашку, А ты спокойно надеваешь рубашку. Уходишь, закрываешь двери, А я убираю осколки с твоей постели. Надеваю платок, выхожу из квартиры. Надпись на лифте: "Наш театр закрыли" Вероника Карпусь

Там, где переплетаются сны, Встречаются наши души. И каждую ночь я считаю минуты перед тем, как уснуть. И прошу одного – в глаза бы твои взглянуть, В глаза бы твои взглянуть. Вероника Карпусь

Куда идёт это время? Наверное, за тобой. Стирая ладонью пыль, Записывает ноты другой. Куда ведёт тропинка? Наверное, ведёт к тебе. А можешь без запинки Сказать все, что есть обо мне? Вероника Карпусь

Когда я училась в школе, прочитала рассказ "Глаза голубой собаки" Габриэля Гарсиа Маркеса. И до сих пор он мне нравится. Недавно я его перечитала и заметила момент, который раньше как будто не видела. Этот рассказ о двух, которые встречаются во снах, потом она ищет его в реальной жизни, повторяя фразу "глаза голубой собаки", потому что он говорит её во сне. Так вот, момент, который мне сейчас понравился: "Так мы и встречаемся с ней, вот уже несколько лет. Порою в тот момент, когда мы находим друг друга в лабиринте снов, кто-то там, снаружи, роняет на пол ложечку, и мы просыпаемся. Мало-помалу мы смирились с печальной истиной — наша дружба находится в зависимости от очень прозаических вещей. Какая-нибудь ложечка на рассвете может положить конец нашей короткой встрече". Как меня зацепила эта ложечка. Бывает писатель или поэт напишет что-то подобное, что как бы только его. Момент, который мог описать только он. У каждого автора, наверное, есть такая "ложечка". А вчера я узнала, что Сальвадор Дали засыпал, держа в руках ложечку. И когда его пальцы ее отпускали, она ударилась об тарелку или пол, и художник просыпался. Тем самым он ловил свои сны, потому что ему могли присниться сюрреалистические образы. У Маркеса звук падающей ложечки служил признаком расставания, а у Сальвадора Дали наоборот, признаком того, что сон переходил в реальность.