Истории из жизни: реальные и выдуманные

В деревне Марфовка ночь наступала раньше, чем в соседних поселениях. Нет, не по часам, конечно же, а по ощущению: будто бы кто-то, не спеша, накрывал крыши и огороды тёмной траурной вуалью, потом же сверху ещё и ладонью прижимал. Лес стоял стеной уже сразу за крайними избами, а дальше, за лесом, начиналось болото — всё какое-то чёрное, зловонно булькающее, с ржавыми кочками, которые зимой промерзали, а весной иногда очень странно шевелились. Словно живые... На болото почти все местные не ходили. Не ходили совсем...

Дождь хлестал по стёклам, будто пытался смыть город с лица земли. В полутёмной квартире на седьмом этаже Максим вглядывался в экран ноутбука, не веря своим глазам. На почте лежало письмо с темой «Ты знаешь слишком много» — и вложением, которое он не просил. Файл назывался просто: «Правда.zip». Максим был обычным офисным аналитиком — составлял отчёты, сводил цифры, старался не высовываться. Но неделю назад он заметил странность: в документах крупной строительной компании, с которой сотрудничал его отдел, суммы не сходились...

Максим появился в нашем классе в середине октября. Он перевелся из другой школы, и поначалу держался особняком — высокий, немного угловатый, с вечно растрепанными темными волосами и задумчивым взглядом. Его тихость принимали за высокомерие, но я почему-то сразу понял: он просто не знает, как подступиться к уже сложившемуся коллективу. Всё изменилось на уроке литературы, когда Максим вдруг заговорил о Бродском так, словно был с ним лично знаком. Глаза его загорелись, руки рисовали в воздухе незримые образы, а голос обрел уверенность и глубину...

В городе с говорящим названием Прибыльск жил бухгалтер по имени Лёша Громов. Он был человеком аккуратным настолько, что мог бы выровнять взглядом стопку квитанций. Но была у него слабость: он считал себя умнее других — а это, как известно, первая ступенька к глупости. Лёша работал в небольшом торговом доме «Северин и Сыновья» и каждый месяц носил в банк наличную выручку — в плотном конверте, опечатанном печатью, под расписку. Суммы там бывали такие, что конверт казался тяжелее совести. И была у Лёши невеста — Вера...