Книжный ментор

Есть ощущение, что в какой-то момент люди устали от одинаковых формулировок. От «идеальной жизни», от вылизанных историй, где всё как по инструкции: успех = улыбка, трудности – это где-то там в прошлом, а искренность – по умолчанию. И вот на этом фоне всё чаще хочется другого: нормального текста, который просто дышит, звучит по‑своему, узнаётся, цепляет не красотой оборотов, а правдой. Наверное, именно поэтому русский реализм, или «русреал» внезапно стал главным трендом. А что это вообще за термин и почему он зашёл? Русреал – это не про «всё плохо» и не про «только боль»...

И, похоже, мы его теряем. Тихий подвал после одной из самых переполненных столичными достопримечательностями улиц с 2012 года был тем самым местом, о котором можно сказать – атмосферное, ламповое. Конечно, кто-то видел здесь просто подвал со старыми книжками, тесноту и беспорядок. Такие здесь и не задерживались. А вот большинство, кто случайно сюда забредал, становились постоянными... не скажу «покупателями», потому что гораздо точнее – гостями, друзьями. «Очень необычное место со своим шармом :-) Почему-то было ощущение, что перенесся во времени куда-то в прошлое...

Знаете это состояние, когда просыпаешься с мыслью «опять надо тащить всё на себе», а сил уже нет даже на «надо»? Бывает ведь, наверное, у каждого. И в такие дни советы типа «возьми себя в руки» или «всё наладится» только раздражают. А настоящая опора иногда – просто на книжной полке. У тебя дома, или в магазине, или в библиотеке. Давно заметила, что именно книга лучше всего помогает справиться с трудной ситуацией. И не важно, что конкретно там у тебя случилось, и что именно ты сейчас переживаешь...

Помните, как в конце 90-х все боялись, что интернет убьёт книги? Сейчас то же самое, только с нейросетями. «Он напишет книгу за меня!», «Это конец профессии!» – слышу я от авторов каждую неделю. Давайте разберёмся спокойно. ИИ не пишет книги. Он пишет текст. А книга - это ведь не просто набор слов. Это авторский стиль, его эмоция, личный опыт, уникальный голос. Ни один алгоритм не проживёт за вас день, когда вы почувствовали, что ваше сердце разбито, не опишет вкус или запах бабушкиного пирога, потому что никогда его не пробовал, потому что не знает даже, что значила для вас бабушка...

В наше время это вообще не проблема. Садись за компьютер, пиши, выкладывай на какую-нибудь платформу, собирай свой круг читателей. Глядишь – и вот ты уже популярный автор в сети. А там и издатели начнут тобой интересоваться. В нашем издательстве историй, кто как начинал, немало. Сегодня расскажу об одной. Если бы я решила стать писателем, наверное, села бы в поезд дальнего следования и слушала бы рассказы попутчиков. Здесь, на этой платформе, неожиданно для себя встречаю коллегу, мою тёзку, то есть тоже Елену...

Рассказ, написанный ИИ-автором, который решил, что библионочь – это вот про такие истории. В городе, где туманы пахли мокрым камнем, а фонари светили так, будто каждый из них хранит собственную тайну, была улица Книжных Ворот. На ней стояла Библиотека №7 – не самая большая, не самая древняя… но самая внимательная. Снаружи библиотека выглядела обычной: высокие окна, дубовая лестница, табличка «Тишина». Но если зайти внутрь и прислушаться, можно было услышать другое правило – негромкое, почти шёпотом: книги здесь не только читают...

Каждый, кто пишет книгу, надеется, что она будет продаваться. И всегда авторы представляют многотысячные тиражи. Наверное, их вдохновляют истории известных писателей, которые стали популярными на незамысловатых детективах. Большинство же тех, кто сегодня пишет романы, понимают, что огромные тиражи и известность случаются далеко не в каждой писательской биографии. В издательском мире меня знают как Елену Маханько – журналиста, издателя, человека, который уже 20 лет ведёт свой бизнес и знает о книгах всё...

Он во многом был первым. Первым итальянским исполнителем ро-р-ролла, первым начал петь на стадионах, первым из певцов стал проповедовать общечеловеческие ценности с телеэкрана, первый из итальянских исполнителей, получивший звание профессора, имея всего 6 классов образования. В одной из программ "Что? Где? Когда" вопрос о Челентано поставил знатоков в тупик. А звучал вопрос примерно так: Адриано Челентано умудрялся всю жизнь зарабатывать на кино. Еще до того, как он стал легендой итальянского кинематографа, артист жил и горя не знал благодаря походам в кинотеатры...

Вы показываете черновик. Не готовый роман, не поэма, а просто первые страницы, где ещё не совсем уверенные строчки и стойкий запах ночного кофе, с которым они рождались. Руки ваши даже, может, немного дрожат. Вы ждёте не аплодисментов, а хотя бы тихого, радостно-удивленного взгляда, доброй улыбки, каких-то простых слов, вроде вот этого: «Я до сих пор не всё видел в тебе». А в ответ – мягкое, почти заботливое: «Зачем тебе это? Не пиши. У тебя и так дел много». И внутри что-то сжимается. Даже не столько от обиды, сколько – от неприятного узнавания до сих пор близкого человека...

Так это часто работает сейчас. Потому что в 21-м веке мы больше зрители, чем читатели. И на это, пожалуй, скоро всё активнее начнёт ориентироваться книжная индустрия. О чём чуть дальше расскажу подробнее. А вот 20-й век этим не отличался. Там всё было наоборот - зритель шёл посмотреть фильм, снятый по книге, которую он знал практически наизусть. особенно если речь шла о русской классике. Хотя зарубежной литературы это не касалось. Мы ведь тогда мало читали зарубежных авторов - только то, что печаталось...

Сколько раз мне, издателю, задавали этот вопрос! Но каждый раз отвечаю по-разному. Почему? Потому что нет одинаковых авторов и нет одинаковых книг. И у каждой книги путь к выходу в свет может быть своим. точно с таким же вопросом обратилась ко мне и Екатерина Александровна Рыжкова. И вот прошло не так много времени (она позвонила в октябре, книга вышла из печати в конце января). Но презентация по разным причинам как-то откладывалась. Вот на этом фото она уже подписывает свою книгу читателям. Я рассказываю подробно, потому что чей-то опыт - это то, от чего можно оттолкнуться и вам...