Книжность

Открываешь ранние стихотворения Алексея Максимовича — и словно попадаешь в параллельную вселенную. Где же суровый буревестник революции? Где социальный реализм и босяцкие драмы? Перед нами совсем другой человек: ранимый, тоскующий, способный на нежность...

Мы очень часто используем это слово, не задумываясь о его корнях, когда журим расшалившегося ребёнка или читаем сухие сводки криминальной хроники. Но за таким привычным нам, как будто бы русским, понятием скрывается не лингвистический конструкт, а вполне реальные люди из плоти и крови...

Жизнь — это лотерея, в которой призовые билеты выдаются единицам, а остальные вынуждены созерцать чужой триумф из пыльного партера? Или вы другого мнения?) Сегодня поговорим о книге, которая за десять...

У вас хорошее воображение, да? Тогда вы легко сможете перенестись на триста лет назад и представить себе шумную ярмарку где-нибудь под Суздалем или на московской Красной площади. Среди криков зазывал, запаха печёного хлеба и дёгтя мелькают яркие, почти кричащие пятна бумаги...

В тени бархатных портьер лондонских гостиных, где отточенный афоризм ценится выше искреннего чувства, а безупречная форма давно вытеснила всякое содержание, рождается один из самых пленительных и жутких образов мировой литературы...

1955 год. На одной из пресс-конференций икона и мечта миллионов Мэрилин Монро, в ослепительном сиянии софитов и щёлканье фотокамер, вместо очередной светской любезности сделала признание, которое произвело эффект культурного землетрясения...

Тихая старая Англии пахнет жасмином, свежескошенной травой и едва уловимым страхом. Маленький уютный домик, затерянный среди холмов и утопающий в цветущем саду, кажется идеальным убежищем от жизненных бурь...

— вы ведь точно помните эту фразу из романа Булгакова, да? Конечно же, помните.) Эта фраза стала крылатой. Чаще всего её вспоминают, когда говорят о неумолимости, непредсказуемости, а зачастую и ироничности судьбы...

Бывают стихи, которые работают как холодный душ или резкий щелчок пальцами перед глазами: они мгновенно возвращают в реальность. В 1978 году Евгений Евтушенко написал несколько строф, ставших для многих чем-то вроде этического компаса...

Вы знаете историю о том, как амбициозная литературная авантюра превратилась в захватывающий хаос, а двадцать пять блестящих умов пытались укротить одну непокорную нить сюжета? Нет? Тогда я вам расскажу, как «Огонёк» зажёг «Большие пожары»...

Свет. В Живерни он не просто физическое явление, а, скорее, искусная ложь. Он ложится на зеркальную гладь пруда, путается в плакучих ивах и заставляет кувшинки казаться чем-то большим, чем просто цветы...

Существует литература, созданная для того, чтобы уютно устроиться у камина, и существует проза, которая заставляет отодвинуться от огня. Ю Несбё всегда писал последнюю. Когда открываешь его книги, то сознательно...