Агентство исторических расследований писателя Евгения Гуслярова

Ещё одно послесловие к очередной годовщине со дня рождения В. Ульянова-Ленина Ветхозаветные зверства, чинимые в России большевистским правительством Ленина наводили на Европу смертельный ужас. Газеты там были заполнены сообщениями о кошмарах, которые творились в застенках московских, питерских, одесских и прочих черезвычаек, которым несть было числа. Европейская публицистика чуть подмалёвывала эти страхи, но не настолько, чтобы изменить суть. Вот, например, в каких примерно выражениях писали мюнхенские...

Оттенок девятый. Об Осафе Литовском (Кагане) (Из документальной повести об убийцах Михаила Булгакова) Тут, конечно, сразу надо вспомнить о том, какие сокрушительные формы принимает женская любовь, коль задета она бывает за живое. Булгаков — первый, как кажется мне, писатель, сумевший изобразить ненависть, оплодотворённую любовью и потому способную вызвать несокрушимое сочувствие. Речь, понятное дело, идёт о благородной ведьме Маргарите. Вот замечательный в подробностях и причинах погром квартиры критика Латунского...

Послесловие к дню рождения В.И. Ульянова-Ленина Никто при жизни Ленина не задал ему главного вопроса, ответ на который избавил бы исследователей от многих трудов. Что же ему нужно было для полного счастья?...

Сегодня день его смерти Сказано ведь ещё в нигде не написанной книге судеб, что нельзя убить безнаказанно и самую мелкую тварь. Тем более убивать миллионами тех, кого Бог творит по своему подобию. Есть он, есть в природе тот мстительный механизм, который обязательно настигнет бессмысленного убийцу. И этот механизм отмеривает взвешенно и сполна. Гнилую ветвь, на которой вызрел, налился гнойным чумным соком плод, названный Владимиром Лениным, древо жизни исторгло целиком. Исторгло со спасительным и беспримерным тщанием, с убийственным отвращением...

Из записок к книге «Тень смертная» ...Слышал некое подобие легенды. В первые часы революции на «Авроре» появилась неведомо откуда женщина. Красавица. Крупная. Выдающихся скульптурных форм. Как бы сошедшая с картины Делакруа. С красным полотнищем в руках. Это была Лариса Рейснер. В революционном краснобайстве последующих лет она занимала некоторое время место прекрасного символа самой Революции. «Валькирией революции» её именовали. Валькирия, это такое инфернальное существо, обитательница «чертога мёртвых», небесного пантеона земных героев, которых они, эти валькирии, опекают за гробом...