Безобразия юного поэта

Сердце *** Я презираю ваши слезы. Я ненавижу выражение чувств. Сердцебиение камня чуждо. И где не надо,  я смеюсь. Смех продлевает мою жизнь. Он удлиняет Адов круг. Он для исчезнувшей души Пустое место занял тут. А вместо сердца в груди камень. Такой холодный, словно лёд. Его топить пока не стану, Скорее, просто разобью. А из оставшихся осколков, Покрытых чёрной темнотой, Слеплю я душу вместо смеха, И буду жить сама с собой.

Тень *** Луч тьмы идет сквозь занавески. Идёт, и достигает цель. Клубочком, лежа на подушке, Свернулась маленькая тень. Она одна, не спит сейчас, не дремлет, И думает лишь об одном она: Ну как, ну как же эти люди Холодней, порой, кусочка льда. Её сей мысли поглотили, Настолько, что трудно уж дышать. Но ведь подумайте, должна же в этом мире Существовать хоть капелька добра? И тень уже не та, что была ране. Светлее с каждой мыслею она. Ведь понимаете, какое дело, люди: Вы сами создаёте цвет себя.

в глазах *** Я ненавижу людей за глаза. Вернее за то, что в них видишь. Там столько эмоций... Из них - ни одной Правдивой, хотя бы немножко... Там айсберг чувств в океане погряз, Такой, что ледокол не пробъётся... Там остаток предательства ,горечь утрат, И боль незаживших ран.

Вкус *** Послевкусие все решает. Вкус по сути сам не важен. Тот осадок, что остался, Что последним нас покинул, Только он тут самый главный. Только он последний живший. По нему ты все решаешь: С кем играть, дружить и жить... По нему ты понимаешь, Умирать с кем хочешь ты.

Мысли *** Ты музыку включаешь, Чтоб мысли заглушить. Ведь мысли - то, что страшно. Тебе их не убить. И если очень часто Ты заглушаешь их, Тогда ты привыкаешь Ходить всегда один. Теперь стоишь один в толпе. Наушник в ухо включишь. Пойдёшь ты дальше умирать: Ведь против мыслей нет оружия.