Моя Людмила.

Довелось мне недавно в больнице полежать. Нет-нет да и напомнит о себе проклятая болезнь. Как говорится каждое утро в нашем заведении начинается одинаково. Больничная палата, как и любое замкнутое пространство, имеет свой собственный ритм. Утро здесь начинается с мерного постукивания градусников, затем – суета умывальника, легкое прихорашивание и, наконец, долгожданное ожидание завтрака. Десять коек, десять судеб, и каждый в этот предрассветный час занят своим. Кто-то погружен в газетные заголовки, кто-то, словно кладоискатель, роется в тумбочке, перебирая лекарства и забытые мелочи...

Дорогие мои, самые лучшие подписчики! ✨ Вот и подходит к концу еще один год, который прошел вместе с вами. Оглядываясь назад, я вижу не просто дни в календаре, а пусть и редкие, но дорогие для меня моменты: ваши отклики, наши диалоги. Спасибо вам за то, что вы есть, за то, что вы со мной. Уходящий год был, наверное, разным для каждого из нас – были и трудности, и моменты триумфа. Но сегодня, стоя на пороге Нового года, мы можем с чистым сердцем отпустить всё лишнее и наполниться светом...

Гроза зрела с самого утра. За поскотиной проворчал глухой гром, и небо затянулось кудрявой, овечьей шерстью облаков. Галина шла по утоптанной тропинке, пролегшей сквозь золотое море пшеницы, к шоссе. Далеко позади, у калитки родного дома, застыла мать, провожая её взглядом, прикрывая ладонью глаза от слепящего солнца. Галина отошла уже порядочно, потом обернулась. Хата её растворилась среди других домов, но белый платок матери всё ещё маячил далёким светлым пятном. Едва забрезжил рассвет, Анисья растолкала Галину...