Прочитаю — напишу

<…>Что поздно верить чудесам.  И, взгляд подняв свой к небесам,  ты вдруг почувствуешь, что сам  — чистосердечный дар.   Иосиф Бродский, 1965 год Не первый год многие носятся с Джо Диспензой. Я и сама с ним ношусь. Дозированно. Такие книги читаешь блоками, чтоб уложилось всё.  Его идея об изменении мыслей и как следствие — изменении своей жизни в лучшую сторону, очень хороша. Мы знаем как это работает, но редко пользуемся. Диспенза предлагает нам регулярно проводить медитативную практику для настоящего, действительного, натурального изменения...

Наринэ Абгарян «Симон» и Людмила Улицкая «Веселые похороны». Я люблю книги Абгарян. И Улицкой. И поэтому сразу приношу свои извинения за то, что напишу ниже. Ведь гадкое чувство, когда тебя с кем-то сравнивают, правда? «Э, я один-единственный!» — кричим мы сами себе и затаиваем на сравнивающего. Иногда сравнение бывает лестным. Но это тоже не фонтан. Саморазвитие скажет — шуруй к идеалу, здравый смысл скажет — а там занято.  Самолюбие от сравнения не пострадает, но все равно такая себе штука — сравнение это...

К книжкам подобной репутации я отношусь настороженно.  Меня смущает общий восторг на их счёт. Это как с фильмом «Богемская рапсодия» — несколько лет не могла его посмотреть именно из-за этого. Посмотрев, впрочем, всеобщий восторг разделяю. Классный фильм.  Скепсис ещё и тем объясняется, что история победителя как бы уже должна тебя восхитить, ты как бы сразу должен ею восхититься. От тебя требуется четкая реакция. Это не очень честно. Во-первых, похоже на маркетинг: десять из десяти, хит, бестселлер, все рыдают (зачеркнуто), воодушевлены (подчеркнуто), в мыслях (на капслоке)...

Из этого романа привожу всего две цитаты, с одной из них и начнём.  «Боязнь поддаться унынию возродила во мне неожиданные силы».* Из бельгийских девяностых эта книга Адамека. В одном из отзывов ее сочли «недостаточно мистической и напряженной». Недостаточно мистическая? Ха! Не шибко напряженная? Хо! О-хо-хо… Окно второго этажа деревенского дома, из которого, не особенно скрываясь, смотрит мужчина. Смотрит в окно напротив. На ещё молодую женщину, которая тоже не особо таясь, совершает вечерний туалет...

«<…> настоящий художник тот, кто не придаёт значения своему искусству». Про эту книгу поди найди информацию. Собственно, все о ней известное указано в аннотации. И что была запрещена сразу после первой публикации. И что, как и все остальные книги этого австрийского писателя, была сожжена после прихода нацистов к власти.  Вики пишет: на русский переведено всего три произведения Александра Лернет-Холениа. Тем, полагаю, и ценнее его литературное наследие для русского читателя. Не претендуя на первенство в обзоре этой книги, я столкнулась с интересной задачей...