Терапия личности

В моей практике бывают моменты, когда клиент рассказывает свою историю, а в голове у меня вдруг оживает образ из старой детской книги. Недавно это случилось вновь. Клиентка, умная и талантливая женщина, описывала ощущение, что её преследует злой рок: «Как будто какая-то сила внутри меня сама рушит всё, что я пытаюсь построить».* Образ создан фантазией автора, является сгустком сновидений на основе клинической практики. И я вспомнила сказку. Одну из тех, что в детстве перечитывала десятки раз, не понимая тогда, почему она меня так цепляет...

В последние годы мы наблюдаем лавинообразный рост диагностики синдрома дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ) у взрослых и у детей. В психоаналитическом пространстве (в котором я нахожусь 24 на 7) всё чаще звучат запросы от пациентов, которые приходят с уже установленным диагнозом, но смутным чувством, что «это не совсем то» или что таблетки хоть и помогают, но не решают главного. В то же время клиницисты сталкиваются с парадоксом: у части пациентов с пограничной организацией личности (ПОЛ или...

А теперь представьте, что вы смотрите на свою жизнь через калейдоскоп, у которого разбита внешняя оправа. Острые края впиваются в ладони, а внутри вместо цветных стекляшек — осколки. Осколки вашего детства, голоса родителей, чужие ожидания, обрывки травм, отголоски ссор, которые вы даже не помните, но тело помнит. Вы крутите этот калейдоскоп, надеясь поймать устойчивую картинку, но каждый раз выпадает что-то новое. И ни один узор не держится дольше минуты. Знакомо? В прошлых статьях я писала о депрессии покинутости и о драконах, которые не умеют принимать помощь...

Март в этом году в Петербурге непривычно теплый. Город, который обычно встречает весну промозглым ветром, мокрым снегом и хлябью под ногами, вдруг дарит нам мягкое солнце, прозрачный звенящий воздух и ощущение, что тепло возможно даже тогда, когда по календарю его еще не ждешь. Смотришь на оттаявшие набережные, на людей, щурящихся от света, и ловишь себя на мысли: природа словно показывает нам, что никогда не поздно для потепления. Это касается не только погоды. Всю зиму мы прожили в определенных ритмах, сценариях, привычных способах чувствовать и любить...

Дисклеймер: Данный текст представляет собой психоаналитическое, а не политическое высказывание. Я не ставлю под сомнение легитимность борьбы за равноправие. Но лишь пытаюсь исследовать возможный бессознательный сценарий, который может разыгрываться внутри некоторых дискурсов эмансипации. В современном публичном пространстве радикальный феминизм часто позиционирует себя как бескомпромиссный разрыв с патриархальным прошлым. Это попытка построить субъектность «с чистого листа», отменив старые символические иерархии...

В интернете сложился устойчивый образ нарцисса: это хищник в дорогом костюме, который методично уничтожает свою жертву, сверкая холодными глазами. Психологическое пространство сети переполнено страшилками — «Красные флаги», «Спасайся бегством», «Идеальный психологический абьюзер». Но когда мы, психоаналитики, встречаем пациента с нарциссическим расстройством личности в кабинете, мы часто испытываем когнитивный диссонанс. Где этот монстр? Почему зачастую вместо холодного величия я вижу замороженного...

Представьте себе такую ситуацию: вы приходите на сеанс к психоаналитику, начинаете говорить о чем-то важном, и вдруг... ваш мозг как будто выключается. Мысль ускользает, накатывает внезапная усталость, хочется посмотреть в окно, залезть в телефон, проверить время или рассказать о чем-то нейтральном — лишь бы не продолжать эту тему. Поздравляю, вы столкнулись с одним из самых интересных феноменов в терапии — «нападением на связи». Этот термин ввел британский психоаналитик Уилфред Бион, и он блестяще описывает то, что происходит у нас в голове, когда психика сталкивается с чем-то непереносимым...

полом Представьте Марию* — яркую, остроумную женщину, с которой легко и увлекательно общаться. Её романы развиваются по чёткому, болезненному сценарию. На первых свиданиях она идеализирует партнёра: он кажется ей самым понимающим, самым родным человеком, «тем самым». Она погружается в отношения с головой, жаждая полного слияния. Но как только связь переходит определённый рубеж — возникает обязательство, партнёр проявляет свою уязвимость или, наоборот, самостоятельность, — в Марии что-то щёлкает. Её охватывает леденящий ужас и непреодолимое раздражение...

Что происходит с человеческим мышлением, когда мир взрывается? Когда реальность сужается до пространства между воронкой и грязью, а единственной задачей становится выживание? Большинство теорий мышления рождались в тишине кабинетов. Но одна из самых глубоких и пронзительных была выстрадана в окопах Первой мировой войны. Ее автор — Уилфред Бион, и ключ к ее пониманию лежит в простой, но страшной фразе: «думать под огнем». Для Биона эта фраза была не метафорой, а ежедневной реальностью в многомесячных...

Ответ: Представьте себе младенца. Он не может сам поесть, согреться или успокоиться. Его выживание и психологическое благополучие полностью зависят от родителей. Когда мать угадывает его потребности (кормит, когда он голоден, улыбается в ответ на его улыбку), у ребенка формируется базовое, фундаментальное ощущение: «Я существую, и мое существование — хорошо. Я вызываю любовь и отклик». Это и есть здоровая нарциссическая фаза. Вывод: Здоровый нарциссизм — это фундамент самооценки. Патологический — это кривая, неустойчивая надстройка, возведенная на месте разрушенного фундамента...

В основе человеческой психики лежат древнейшие архетипы и сценарии, которые, как подводные течения, из бессознательного порой определяют нашу жизнь. Один из самых драматичных и разрушительных сценариев можно описать емкой и пугающей трехсоставной метафорой: «Мать поглощает сына. Сын насилует мать. Отец уничтожен и вынесен за скобки мира». Звучит чудовищно да? Однако, здесь нет буквального каннибализма или насилия. Все глубже и, может, от этого даже страшнее. Речь о процессах тонких, психологических,...

В каждой семье с подростком или даже с ребенком младшего возраста рано или поздно возникает этот, казалось бы, бытовой, но такой напряженный конфликт: ребенок закрывает дверь в свою комнату, а может еще и просит поставить ему щеколду или замок. Для него это шаг к самостоятельности, потребность в личном пространстве, островок покоя, место где можно чувствовать себя защищенным в свете пробуждающейся сексуальности. Но для многих родителей этот простой жест — щелчок защелки, глухой стук, просьба о запоре...