Фото,видео с искусственным интеллектом.Елена.

Репост

Репост

Рассказ . Хитрая собачка Буся. *********************************************************************************************************************************** Сегодня у меня история о хитрой собачке Бусе. В одном старом дворе, за покосившимся сараем, жила маленькая пушистая дворняжка по имени Буся. Её шерсть была рыже‑серой, местами свалявшейся, но всё равно мягкой на ощупь, а глаза — большие, карие и такие выразительные, что, казалось, видели прямо в душу. Буся не имела дома в привычном понимании. Её «кровать» — старая тряпка, брошенная кем‑то возле сарая, а «обеденный стол» — мусорный бак, возле которого она терпеливо ждала, пока кто‑нибудь выбросит хоть кусочек еды. Другие собаки во дворе её не принимали: она была слишком маленькая, слишком тихая, слишком… незаметная. Но Буся была хитрой. Не злой, не агрессивной — просто хитрой, как может быть хитра только та, кто выживает в одиночку. Она знала все укромные места во дворе, все щели, куда можно спрятаться от дождя и холода. Она умела незаметно подкрасться к лавочке, где бабушки кормили голубей, и ловко утащить крошку хлеба, прежде чем кто‑то её заметит. Однажды зимой, когда мороз сковал лужи ледяными узорами, Буся особенно замёрзла. Она свернулась клубочком на своей тряпке, дрожа всем телом, и вдруг услышала шаги. Это был мальчик лет десяти, Саша. Он часто гулял во дворе и иногда бросал Бусе остатки бутерброда. Саша остановился, посмотрел на дрожащую собачку и вздохнул. Потом снял с себя шарф — тёплый, шерстяной, в красную полоску — и осторожно накинул его на Бусю. — Ну и ну, — пробормотал он. — Совсем ты замёрзла, малышка. Буся сначала напряглась, ожидая подвоха, но тепло от шарфа было таким приятным, что она расслабилась и тихонько тявкнула в знак благодарности. С тех пор Саша стал приходить к Бусе каждый день. Приносил ей еду, гладил по голове, а однажды даже соорудил из картонной коробки небольшой домик и утеплил его старыми одеялами. Буся, хоть и оставалась хитрой — всё равно иногда таскала крошки у голубей, — теперь знала, что есть человек, который о ней заботится. И когда Саша в очередной раз пришёл с кусочком колбасы, Буся не стала красть его исподтишка. Она подбежала, виляя хвостом, и положила голову ему на ботинок — так, будто говорила: «Спасибо. Я тебе доверяю». Дни шли, и Буся всё больше привыкала к Саше. Поначалу она всё ещё действовала по старой привычке: если рядом оказывалась еда, её лапки сами собой делали пару осторожных шажков в сторону добычи — вдруг получится ухватить кусочек незаметно? Но Саша только улыбался и говорил: — Буся, ну что же ты? Теперь тебе не нужно ничего красть. Я ведь для тебя принёс! Постепенно собачка начала верить. Она больше не пряталась, когда мальчик приходил, а выбегала ему навстречу, радостно виляя хвостом. Иногда она даже пыталась «помогать» Саше: таскала в зубах его маленький рюкзак, пока он собирал опавшие листья для школьного гербария, или сторожила санки, пока тот катался с горки. Однажды во дворе появился новый жилец — семья с большим псом по кличке Рекс. Рекс был породистым, ухоженным и очень важным. Он сразу решил, что двор — это его территория, и начал запугивать всех мелких собак. Бусю он особенно невзлюбил: то рыкнет на неё, то загонит под лавку, то отберёт еду. Буся снова почувствовала себя беспомощной и одинокой, как раньше. Она опять начала прятаться, а к еде подходила только тогда, когда была уверена, что Рекс далеко. Саша заметил перемены в поведении подруги и спросил: — Что случилось, Бусь? Почему ты такая грустная? Буся лишь прижала уши и ткнулась носом в его ладонь. Мальчик всё понял без слов. На следующий день Саша пришёл не один, а со своим папой. Они нашли Рекса, который важно разлёгся на солнышке, и спокойно с ним «поговорили»: папа Саши объяснил большому псу, что во дворе есть правила — никого нельзя обижать, особенно тех, кто меньше и слабее. А Саша угостил Рекса вкусным печеньем и погладил его по голове. К удивлению Буси, Рекс вдруг изменился. Он больше не рычал на маленьких собак, а однажды даже позволил Бусе посидеть рядом с ним, когда та замерзла. А Саша придумал кое‑что е

Репост

Репост

Репост

Репост

Репост

Вот во что вылился мой очередной сон !🤷‍♀️💤🥱😴🛌😫 Это был не просто сон. Это было путешествие в реальность, которой просто не может существовать — по крайней мере, по законам нашего мира. Я вышла из рейсового автобуса на совершенно обычной, ничем не примечательной остановке. Солнце, летний день, легкий ветер. Всё как всегда. ровно до той секунды, пока я не подняла глаза и не влилась в поток прохожих. Сначала я подумала, что у меня просто рябит в глазах от жары. Но нет. Мимо меня, непринужденно беседуя по телефону, прошел мужчина в деловом костюме. Внешне — образец респектабельности, если бы не одно «но». Из его головы, прямо надо лбом, поднимались ветвистые оленьи рога. Огромные, благородные, они возвышались над ним, словно живая корона. Следом за ним спешила женщина с малышом в коляске, и у нее из-под юбки игриво выглядывал пушистый лисий хвост. Автобус, который меня привез, уже скрылся за поворотом, оставив меня одну посреди этого карнавала, который никто вокруг не замечал. Для них это было нормой. Меня должны были встретить знакомые (новые, но уже успевшие стать друзьями в этом странном мире). Они подъехали на машине, и, конечно, водитель был «с рогами». Они доставали до крыши автомобиля, и ему пришлось высунуть голову в люк, чтобы разместить эту красоту. Мы болтали о чем-то неважном, пока я не задала глупый вопрос: «А почему некоторые люди... ну, совсем обычные? Без хвостов и рогов?». Мои спутники переглянулись и рассмеялись. «Так это же животные, — ответили мне, как само собой разумеющееся. — Примитивные формы. Ты что, с других широт?». И тут до меня дошло: в этом городе именно люди без дополнительных атрибутов считались низшей ступенью эволюции. Дикими, неразвитыми. Животными. Мы подъехали к большому зданию, похожему то ли на школу, то ли на детский сад. Было время, когда родители забирали детей. Поток мам и пап (рогатых, хвостатых, пернатых) вытекал из дверей, и я засмотрелась на эту фантастическую толпу. А потом мир перестал существовать. Я увидела ЕГО. Молодой мужчина, около тридцати, спортивный, подтянутый. Короткие темно-русые волосы. Он был примерно моего роста или чуть ниже (а я 178 см — такое редко встретишь). Но дело было не в росте. Дело было в глазах. Я никогда в жизни не видела такого цвета. Это был даже не просто голубой — это был глубокий, пронзительный, бесконечный синий цвет. Как будто в его взгляде смешали ультрамарин южного моря и прозрачность горного озера. Я застыла на месте, буквально приросла к асфальту, не в силах моргнуть. Он приближался, а мое сердце, кажется, вообще перестало биться. Он поравнялся со мной. И тут, к моему абсолютному ужасу и изумлению, он остановился, посмотрел прямо в мои глаза своими нереальными синими омутами и с легкой самоуверенной усмешкой произнес: — Да, да, я знаю. Я сам от себя тащусь. Только вы все такие красивые, а потом — «алименты плати». Я моргнула. Наваждение спало. Я опустила взгляд и увидела, что своей свободной рукой он крепко держит за ладошку маленькую девочку лет шести, которая с любопытством разглядывала меня. Мне стало одновременно дико стыдно, невероятно смешно и как-то тепло. Синеглазый папаша, который «сам от себя тащится», увел свою дочку, а я... я проснулась в своей кровати, всё еще улыбаясь и думая, что если это и был мир животных, то некоторые его представители были чертовски красивы. Даже с таким странным чувством юмора.