Защита врача

КАК ДУМАЕТ И ЧТО ЧУВСТВУЕТ ВРАЧ-ОНКОЛОГ, СПАСШИЙ ПАЦИЕНТОВ? Журнал «Караван историй» 06.01.23г., задал этот вопрос главному внештатному специалисту-онкологу Минздрава России, директору НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина, академику РАН Ивану Стилиди. Расскажите про какой нибудь случай, о котором вы вспоминаете с теплотой в сердце: — Об одном расскажу... Я был еще молодым хирургом, и мой учитель, выдающийся хирург-онколог Михаил Иванович Давыдов поручил мне пациента с редким диагнозом и в тяжелом состоянии: болезнь лимфатических сосудов... Он находился в одной из московских больниц. Это была неонкологическая проблема и потому мне малоизвестная. Накануне я тщательно проштудировал литературу и узнал, что таких больных практически не оперируют, поскольку почти все попытки ранее приводили к неудачам: рецидивы и в целом ничего хорошего. Я был молод – только дай оперировать! Но тут оптимизма как-то поубавилось... Тем не менее отправился на помощь к больному с напутствием Михаила Ивановича: «Поезжай. Может, что-то удастся сделать». Один шанс не из ста, а из тысячи! Читаю историю болезни. Подписи главного хирурга Советского Союза и одного известного академика – «Хирургическое лечение не показано». Мне после этого вообще стало не по себе. Авторитетные профессора, практики, не теоретики, считают оперативное вмешательство нецелесообразным. При этом я понимаю, что парень погибает. Мой ровесник, тридцать лет всего. Но раз учитель посчитал, что следует рискнуть, я готов. Его мнение для меня истина в последней инстанции. И неслучайно – он в высшей степени талантливый клиницист и гениальный хирург. Приезжаю в больницу, переодеваюсь, выхожу в коридор. Там меня встречают сестра и мать пациента со словами: «Знаете, мы боимся... и не хотим, чтобы его оперировали». У меня в голове: «Ну, слава богу!» Тем более что академики написали нет, да и родственники не желают – самое время ретироваться. Я с внутренним облегчением захожу в палату к этому парню и начинаю рассуждать о пользе консервативного лечения... Тут он прерывает меня на полуслове: "Доктор, никого не слушайте. Я умираю, вы же видите. Спасите меня!" Я испытал в ту минуту легкий психологический нокдаун. Надо принимать решение, причем быстро. В голове пронеслось: коллеги говорят нет, книжки говорят нет, академики именитые – нет. Ты возьмешься, а исход летальный. И что? Существует же прокуратура и все остальное. А если родственники подадут жалобу? И все же говорю: "Едем в операционную". Не буду вдаваться в подробности, скажу только, что в какой-то момент операции я обрадовался: нашел источник главной проблемы. Как замечательно! Остается перевязать, и все. Но не тут-то было, началось сильнейшее кровотечение. Ничего не получается, чувствую: деморализуюсь... Анестезиолог говорит: «Иван Сократович, больной уходит». И этот ужас продолжался еще минут двадцать. Но мы все же справились – кровотечение остановлено, состояние парня крайне тяжелое. Перевезли в реанимацию. Домой я ушел с одной мыслью: со стола сняли, но не выживет... В дверях встретила мама. Спросила, как прошел день. Я ей рассказал всю эту историю. После чего буквально рухнул в постель, а она до самого утра молилась. И вот когда вопреки всем законам физиологии, биологии и физики назавтра я увидел парня живым, впервые поверил в Бога. В тяжелом состоянии, но он был жив! Через день приезжаю – чуть лучше, потихоньку день за днем стал выкарабкиваться... — Сколько он прожил? — Через два года приходил к нам в онкоцентр, стоял на трибуне, рассказывал и показывал моим коллегам, как занимается физкультурой. Ну вот что это, как не чудо? Он прожил еще несколько лет, нам удалось оттянуть его уход, улучшить качество жизни.

ВЫДЕРЖКА ИЗ СТАТЬИ ДОКТОРА РОШАЛЯ. ....Берегите наших врачей, пока они у нас еще есть. Посмотрите сами: молодежь в медицину идти не хочет. Видя, как сейчас нападают на докторов по любому поводу, ребята выбирают работу попроще — уходят в программисты, дизайнеры или в косметологию. Там спокойнее, и ответственности меньше. А ведь врач — это тот человек, который стоит на самом главном перекрестке вашей жизни, когда приходит беда. Скоро может случиться так, что лечиться нам придется только в интернете, разглядывая красивые сайты. Страшно подумать, в какое время мы живем. Любая ошибка медика — и его готовы «заклевать» со всех сторон, и пациенты, и порой даже свои. А ведь за границей — в Германии, Израиле или Америке — тоже ошибаются, и порой очень тяжело. Но там врачей все равно боготворят и платят им хорошую зарплату. У нас же часто бывает так: съездят люди на дорогое обследование за рубеж, потратят кучу денег, а потом приходят к нашему доктору, чтобы он бесплатно всё это расшифровал и помог. Обидно, что труд нашего специалиста ценится в копейки, хотя он рядом с вами и в будни, и в праздники. Раньше врач был самым уважаемым человеком в народе. А теперь мы порой чувствуем себя бесправными, хотя работаем и живем ради своего дела и ради вас. Пожалуйста, перешлите эти слова тем, кто еще ценит труд людей в белых халатах, своим знакомым медикам и просто добрым людям. Давайте менять отношение к тем, кто спасает наши жизни, пока не стало слишком поздно. Нам здесь жить и нам друг другу помогать!

КОГДА ТЫ ЧЕСТЕН ПЕРЕД ЗАКОНОМ, НО ТЕБЯ СУДЯТ: ЦЕНА ВРАЧЕБНОГО ДОЛГА. Быть врачом-практиком — значит каждый день принимать решения, где на кону стоит человеческая жизнь. Но иногда случается так, что после успешных операций и сотен спасенных жизней специалист оказывается в зале суда. Не потому, что он преступил закон, а потому, что правовая система и сложнейшая медицинская реальность столкнулись в мертвой точке. Честность доктора — это не только отсутствие правонарушений. Это прежде всего верность медицинской этике . Врач не может «отключить» свою совесть или талант, когда система дает сбой. Быть честным перед законом для врача — значит соблюдать протоколы, сохранять врачебную тайну и действовать в интересах пациента. Но медицина — это не математика. Здесь существует понятие «профессионального риска», который порой трактуется как халатность. Судебное разбирательство против таланта История знает немало случаев, когда выдающиеся хирурги и онкологи годами доказывают свою правоту. В таких процессах часто забывается главное: перед судом стоит не просто «субъект права», а талантливый практик. Человек, чей опыт, интуиция и руки ежедневно совершают маленькие чудеса. Почему так происходит? Конфликт норм: Этический кодекс требует спасать любой ценой, а формальные инструкции могут ограничивать действия врача. Правовые риски: Любая сложная манипуляция несет риск, и при неблагоприятном исходе (даже если врач сделал всё возможное) юридическая машина начинает поиск виновного. Общественное давление: Пациенты и их близкие в горе ищут справедливости, и порой под огонь попадает самый честный и преданный профессии специалист. ПОДДЕРЖКА МЕДИЦИНСКОГО СООБЩЕСТВА В такие моменты врачу как никогда важно чувствовать поддержку. Когда за плечами тысячи часов в операционной, а сегодня приходится отвечать на вопросы прокурора, единственной опорой остается профессиональная репутация и солидарность коллег. Трагедия в том, что судебные преследования «честных врачей» вымывают из медицины самых смелых и одаренных. Те, кто не боится брать на себя ответственность в безнадежных ситуациях, оказываются самыми уязвимыми перед законом. Мы должны помнить: закон создан для защиты человека, и он не должен становиться инструментом, разрушающим призвание тех, кто этот закон свято чтит. ВРАЧ ПРАКТИК, чей талант подтвержден годами работы, заслуживает права на защиту своей чести и возможности продолжать лечить, несмотря на юридические бури. Источник: enc-medica.ru #Медицина #ВрачебнаяЭтика #Юриспруденция #ПрофессиональныйДолг #ВрачиРоссии #ПравоНаЗащиту #МедицинскоеПраво #Хирургия #ЧестьВрача

НЕ ЗАПЯТНАТЬ ЧЕСТЬ БЕЛОГО ХАЛАТА интервью с главным врачом ОГБУЗ «Районная больница г.Бодайбо» Иркутской области Денисом Владимировичем Кернером Не так давно в нашей газете было опубликовано интервью с главным врачом ОГБУЗ «Районная больница г.Бодайбо» Иркутской области Денисом Владимировичем Кернером, где он ответил на ряд актуальных вопросов, связанных со здравоохранением нашего района. Статья вызвала большой общественный резонанс – населению понравился молодой, перспективный главврач, который на понятном русском языке разъяснил ситуацию, сложившуюся в районе, однако были и недовольные, стали поступать и другие вопросы, ответить на которые мы вновь попросили Дениса Владимировича Кернера. К слову сказать, главный врач всегда открыт для прямого диалога, трезво оценивает ситуацию, честно, без обиняков отвечает на все вопросы. - Денис Владимирович, за последние годы увеличилось количество граждан, которые активно пользуются интернетом. Сейчас, начиная с малых лет, все знают такие понятия, как сайт, страница, пост. Многие общаются между собой в социальных сетях «Одноклассники», «ВКонтакте», «Facebook» и других. В этих же социальных сетях создается масса групп по различным интересам – охота и рыбалка, здоровье, досуг, юмор. Есть и группы, так называемых официальных новостных источников, где появляется не всегда достоверная информация. Последнее время в подобных группах Иркутской области прокатилась волна новостей, компрометирующих идискредитирующих акушерско-гинекологическую службу и службу родовспоможения Иркутской области. Как Вы прокомментируете эту ситуацию? - Да, я в курсе происходящих событий. К сожалению, некоторые средства массовой информации Иркутской области развернули настоящую информационную войну против врачей и системы здравоохранения в целом. По моему глубокому убеждению, такого рода публикации наносят колоссальный вред и врачам и медицине в целом. Ведь люди, читающие подобные статьи, не подкрепленные фактами и основывающиеся на домыслах некомпетентных журналистов, воспринимают информацию буквально! Оболгать врача, да и просто человека всегда легко, а вот доказывать свою невиновность можно долго и не всегда эффективно. В результате таких статей и рубрик отношение населения к моим коллегам становится негативным, озлобленным и выливается в несчастные случаи, о которых нам нередко рассказывают в криминальных сводках новостей. Конечно, какие-то нарушения есть практически в любом лечебном учреждении, и связаны они с нашим непростым финансовым положением, с дефицитом кадрового состава, с человеческим фактором, но те эпизоды, которые недавно были описаны сотрудниками «Ирк.ру» являются на мой взгляд дезинформацией. Для чего это делается, мне сказать трудно. Вероятнее всего, такие публикации нужны для рейтингов. Но, к сожалению, издатели не всегда отдают себе отчет о последствиях выпуска таких лже статей. - Если подобная информация встречается обывателю социальных сетей и интернета, как проверить простому смертному ее достоверность? В случае с подобными статьями, которые создают совершенно негативный фон и настраивают население против врачей. Правду обыватель не узнает, да и вряд ли будет заниматься расследованием, а вот информация останется в голове надолго. В итоге, врачи из спасителей превращаются во вредителей, и переубедить кого-то в обратном очень сложно. И ведь никто никогда не задумывается, сколько жизней и судеб спасли наши врачи? Сколько бессонных ночей провели они за операционным столом. Я сам хирург, и что такое работа хирургической службы знаю не понаслышке. Могу сказать, что ошибки бывают у всех. Не ошибается лишь тот, кто не работает. С этим мы боремся, проводим консилиумы, конференции, чтобы впредь не допускать ничего подобного, однако хочу заметить, что большинство врачей нашего медучреждения добросовестно выполняют свою работу. Источник: bodaybo38.ru/......

КОМАНДА ЭТО СИЛА! Современная медицина напоминает сложное искусство, где за каждым движением стоит колоссальный опыт и искреннее стремление помочь. В стенах операционных, где время будто замедляет свой бег, рождаются настоящие истории спасения, становящиеся результатом сплоченной работы команд из разных федеральных центров. В такие минуты решающую роль играет командный дух — это невидимая нить, объединяющая хирургов, анестезиологов и медицинских сестер в единый, четко отлаженный механизм. Когда каждый чувствует плечо коллеги и действует в унисон, уникальные технологии и «высший пилотаж» мастерства обретают свою истинную силу. В команде без доверия нельзя. Это моменты абсолютного доверия, когда профессионализм и единство врачей становятся той самой опорой, позволяющей пациенту преодолеть самый сложный рубеж и вернуться к полноценной жизни.

ПАРАДОКС СИСТЕМЫ: в ПУДОЖЕ СУДЯТ ВРАЧЕЙ ЗА ТО, ЧТО ОНИ ЛЕЧИЛИ И СПАСАЛИ ЛЮДЕЙ. Приезд Антона Косенкова и Ирины Хацкевич в Пудож стал значимым событием для местного здравоохранения. Антон возглавил больницу, а Ирина начала работать врачом-гинекологом. Однако их вклад оказался гораздо шире официальных должностей. Обладая дополнительными квалификациями — онколога и хирурга — они не ограничились рамками своих основных обязанностей. Их готовность применять весь спектр знаний позволила сотням жителей района получить своевременную и жизненно важную помощь, особенно в условиях кадрового дефицита. Они могли бы просто выполнять свои прямые обязанности — он как ГЛАВНЫЙ ВРАЧ заниматься администрацией, она как ГИНЕКОЛОГ принимать по графику. И всё было бы формально правильно, никаких вопросов. Но они пошли дальше. Они использовали свои дополнительные квалификации — онколога и хирурга — чтобы заполнить критические пробелы в медицинской помощи для целого района. Люди получили помощь здесь и сейчас, а не после долгой и сложной поездки в Петрозаводск. Именно эта готовность работать "сверх нормы", применять все свои знания там, где они были остро необходимы, и стала причиной текущей ситуации. Получается парадокс: формально соблюдая узкие рамки должности, они избежали бы проблем, но оставили бы людей без помощи. А выйдя за эти рамки, чтобы спасать жизни, они оказались под ударом. Это ставит сложный вопрос о том, что важнее: строгое следование бюрократическим нормам или реальная помощь людям в условиях, когда система не справляется. Сейчас вокруг их работы возникли юридические вопросы. Но за формальными процедурами важно не упускать главное: реальную помощь людям, которую они оказывали, часто выходя за пределы стандартных требований. Приезд специалистов такого уровня дал Пудожу шанс на качественную медицину. Возникает вопрос: можно ли сегодня доверять системе, когда профессионалов, применяющих свои знания для спасения жизней в отдаленном районе, приходится ЗАЩИЩАТЬ В СУДЕ ?