Кристина Брысова

Ученики увлечённо обсуждали изречение Лао-цзы: «Тот, кто знает, не говорит; тот, кто говорит, не знает». Когда зашёл Учитель, они спросили его, что означают эти слова. — Кто из вас знает, как пахнет роза? — задал он вопрос. Все знали. Тогда он предложил: — Расскажите об этом. Никто не сказал ни слова.

У одного мастера дзэн был внук, любивший послушать своего дедушку. И вот однажды он разбил хрустальную вазу, которой дед очень дорожил. Не дожидаясь, пока это обнаружат, мальчик сам подошёл к деду и спросил: — Помнишь, ты говорил, что всему на свете есть срок? — Да, верно, — согласился мастер. — Так вот, срок жизни твоей любимой хрустальной вазы уже истёк.

Мастера спросили, испытывал ли он когда-нибудь разочарование оттого, что его усилия приносят меньше плодов, чем ему хотелось бы. В ответ Мастер рассказал историю об улитке, которая начала взбираться по вишнёвому дереву холодным, ветреным днём запоздалой весны. Воробьи на соседнем дереве от души потешались, глядя на неё. Затем одни из них подлетел к ней и спросил: - Эй, ты, разве не видишь — на этом дереве нет вишен? Не прерывая своего пути, малютка ответила: - Будут, когда я туда доберусь.

Человек может быть счастлив в двух случаях - или когда у него много вещей, или когда у него мало желаний. Жан-Жак Руссо

Император Китая сидел на помосте под навесом и читал книгу. Внизу мастер-колёсник ремонтировал его карету. Император отложил книгу и стал наблюдать за действиями старого мастера, а потом спросил его: — Почему ты такой старый и сам ремонтируешь карету? Неужели у тебя нет помощника? Мастер ответил: — Твоя правда, государь. Ремеслу-то я научил своих сыновей, а вот искусство своё передать им не могу. А здесь работа ответственная, требуется особое искусство. Император сказал: — Что-то ты мудрено рассуждаешь! Поясни-ка попроще свою мысль. Старый мастер сказал: — Могу я тебя спросить, что ты читаешь? И жив ли человек, который написал эту книгу? Император начал сердиться. Старик, видя это, сказал: — Не сердись, пожалуйста, я сейчас поясню свою мысль. Видишь ли, мои сыновья делают хорошие колёса, но они не достигли совершенства в этом деле. Я достиг его, но как им передать мой опыт? Истина посередине. Если сделать колесо крепким, то оно будет тяжёлым и некрасивым. Если постараться сделать его изящным, то оно будет ненадёжным. Где та грань, та мера, которой я руководствуюсь? Она внутри меня, я постиг её. Это и есть искусство, но как его передать? В твоей карете колёса должны быть изящными и крепкими одновременно. Вот и приходится мне, старику, самому делать их. Так и трактат, который ты читаешь. Человек, написавший его много веков назад, достиг высокого понимания, но передать это понимание нет никакой возможности. Жизнь не может ждать.