Губерния

(продолжение) -Я люблю её! - Георга было не узнать, и куда только делся милый, восторженный мальчик, - умоляю дай мне развод! -Люби, но развода я тебе не дам! Георг хлопнул дверью. Клара сидела в смятении. Ну, конечно, ей пятьдесят, выглядит старо. Ей ли тягаться с молоденькой восемнадцатилетней Паулиной? Когда-то её предупреждали: он ещё мальчишка, у тебя с ним разница в двадцать с лишним лет! Не позорь партию и себя не марай. Она закрыла глаза. Собрания, статьи, выступления - почти тридцать лет беспрерывной деятельности на благо трудящегося человека...

-Собирайте свои вещи, Клара, и немедленно вон из моего дома. - Ледяным тоном произнёс фабрикант из Лейпцига, еле сдерживая себя чтобы не закричать. Он терпел её демократические взгляды ради девочек - что уж говорить, гувернанткой она была отменной. Он терпел её прогрессивно-социалистические речи, доходившие до неистовых споров с ним. Терпел её политическое просвещение всей прислуги в доме. Но сегодня, когда какой-то бродяга пришёл в дом за милостыней, она стала угрожать! Да, он прогнал бедолагу, но гувернантка...

-С русскими не шутят - на них женятся! - Предупредил Дягилев. Пикассо и не был против. Он страстно желал русскую красавицу. Гордая осанка, элегантность, утончённость и аристократическая неприступность покорили художника... В 1917 году Пикассо решил попробовать себя на новом поприще: создать декорации и костюмы к спектаклю "Русского балета" С. Дягилева. Вместе с другом, поэтом Ж.Кокто они отправились в Рим, где гастролировала русская труппа. Днём декорации, по ночам прогулки с балеринами при свете луны...

Как бы ни легла фишка - на чёрное или красное - в выигрыше всегда Белый! - любил повторять Франсуа Блан (Blanc в переводе "Белый")... На юго-востоке Франции (Прованс), в маленьком тихом городке, в 1806 году родились два брата-близнеца - Луи и Франсуа. Их отец, Клод Блан, налоговый инспектор, умер ещё до рождения сыновей. Многие мальчишки в детстве мечтали быть богатыми и знаменитыми. Братья не стали исключением. Когда в их родной Куртезон приехал цирк, они глаз не могли оторвать от фокусов с картами...

На Яэко было надето темное кимоно, подвязанное оби с бежевым, коричневым и черным геометрическим орнаментом. За ней шли сыновья. Они перешли через мостик и подошли к дому. Как давно она не была здесь. Увидев родителей, Яэко почувствовала жгучую ненависть. -Вы делаете детей, чтобы продать их! Сколько ещё дочек вы собираетесь отдать в гейши? Ещё двоих сбыли с рук... Как когда-то избавились от меня! Вы - предатели! Она хотела лишь оставить сыновей у своих родителей, но не смогла удержаться от нахлынувших воспоминаний, от непроходящей обиды...