Валерий Кузнецов

Вода камень точит. Этим делом ручей Киндерля занимался долго, очень долго. Да и был он не ручьем, а целой полноводной рекой, что вливалась через огромный портал Аскынской пещеры, а выходила на свет уже в долине Зилима. Тогда все было по-другому, масшатбно, грандиозно. Словно бы этот Мир создавался заново. Нам осталось лишь ходить и смотреть на плоды той титанической и упорной работы, как словно по музею. А Киндерлинская пещера таким музеем и является. Эрмитаж, кунсткамера и Лувр одновременно! Если не так давно местные охотники на реликтовом леднике хранили мясо, то теперь все изменилось. Мы приходим сюда и просто смотрим, поражаемся красоте и убранству этой, самой большой на всем Урале пещеры! И пускай нам пока что доступна лишь первая ее часть, но и этого довольно, чтобы составить впечатление и проникнутся масштабам! А какие там названия: Летучий голландец, Пагода, Снежная королева, Лагерный ход... 20 марта мы вне плана, просто позволила погода, едем туда, и приглашаем вас вместе с нами. Есть еще четыре места. Бонусом к красоте подземного дворца будет релаксовая и фотографичная прогулка по реке Зилим, с его скалами, горами и лесом. И оляпки тоже будут) Звоните/пишите: 89374913756, воцап, телеграм

Что мы видим на фото? Небольшое сельское кладбище на бугре. И это весьма примечательное место. Ведь кладбище расположено ни где нибудь, а прямо на сарматском кургане. В таких курганах обычно хоронили знатных представителей сарматов. То есть покойник лежит себе во глубине кургана, а позднее к нему уже подселили селян, даже не подозревающих о каких-то там сарматах. Когда я был здесь осенью, я увидел пастуха, стадо пасущееся в долине Демы, у подножия холмов Бугульмино-Белебеевской возвышенности. Тогда я подумал: ничего не изменилось за века тысячилетия в здешнем укладе жизни. На смену сарматам пронеслись гунны, потом пришли тюрки, следом русские. Но в целом - все одно и то же в этой степи. И где-то здесь точно должны быть сарматские курганы. И они есть! Курган находится рядом с небольшой деревней Прохоровка, на границе Башкирии и Оренбургской области, совсем рядом с тем местом, где я размышлял о вечном и неизменном. По деревне была названа археологическая культура, Прохоровская. Позже выяснилось, что она распространена аж до самого Причерноморья. Относится к среднему сарматскому времени, 3-4 век до н.э или ранний железный век. Всего было несколько курганов, все их раскопали археологи. А этот уцелел, поскольку его превратили в кладбище. В апреле я хочу сделать тур в эти края, где мы побываем на истоке реки Демы, в Покров-Эннатском монастыре, в поселке Луна, ну и к Прохоровскому кургану тоже заедем. Расскажу много чего интересного, если вам Южный Урал интересен.

Был вчера в Бурзяне. Сразу скажу - по зиме за день туда-обратно, ну его в пень. Устаешь чот. Теперь мои наблюдения. Ни разу не обращал внимания, пока не прочитал, что у бурзянцев есть гены автохтонных жителей Южного Урала, ираноязычных кочевников, которых мы знаем, как сарматов. Так вот, среди бурзянцев довольно много людей со светлыми глазами. И, к слову, это евпропеоиды, в отличие от соседей, тамьянцев и кипсаков. Открыл для себя новое блюдо башкирской кухни, талкан. Это такие шарики из протертого на жернове зерна и потом поджаренного. Употребляется в качестве десерта. Сегодня утром подумал: так это же русское, толокно! Рецепты схожие. Вопрос, как к башкирам кочевникам попало это блюдо? Обратил внимание также на орнаменты на воротах базы Капова тур. Есть в этом орнаменте что-то иранское. К слову, когда в марийском культурном центре рассматривал орнаменты, тоже к такому же выводу пришел. А что на марийцев, что на удмуртов, что на мордву, особенно эрзю, иранцы оказали довольно большое влияние. Уверен, башкорты в стороне не остались, в Великой степи все давно перемешалось. В остальном в Бурзяне все завалено снегом, точно также, как и у нас

Я же вчера по лесу ходил. По молчаливому мартовскому лесу. Ни единой души не встретил. Обычно в Широком долу все равно, кто-то, да есть. А в этот раз все добрые люди видимо на работе были, а из бездельников только я. Поднялся на Ашинские скалы. Солнышко лупило с юга, и красные их бастионы были просто какими-то багровыми. От них ощутимо исходило тепло. К слову, оказывается еще в позапрошлом веке здесь ломали камень для облицовки железнодрожных сооружений немцы-камнетесы. От того и остались обнажения правильной геометрической формы. Спустившись со скал, подумал, что этого мало, и пошел вдоль подъемника горнолыжки на сам Аджигардак. За зиму форму подрастерял, поэтому пришлось периодически отдыхать. Хорошо, что туристы не видели. Подъемник напрямую из Широкого дола выводит сразу на отрог Аджигардака, где все подъемники сходятся, полтора километра чистого подъема. А далее ратрак накатал дорогу для заброски фрирайдеров почти до самого плато, - самой высокой точки хребта. Ну прям променад! И вдоль по аджигардакскому криволесью. Никого, тишь, горы застывшие в дымке. С одной стороны - Воробьиные горы. Они действительно, как будто воробушки, севшие на жердочку - такие вот, вершинка к вершинке. Ближе - цепь Снеговых гор. По другую сторону уже сгрудилось южноуральское среднегорье: Лавки, Бахмур, Баскак. Дальше, разглядел в дымке Шеломы, а чуть правее и саму Ямантау. А день клонился к закату, а вокруг по-прежнему никого не было...