Труп Лошади

26 марта – первый день весны. Продавец всё ещё просит надеть маску. Бумага и краски в дефиците, поэтому отказываюсь от цветных репродукций и соглашаюсь на чёрно-белого Куинджи и монохромную икону «Спас Златые Власы». На всю Площадь Павших скворцов пахнет кофе. Я в Волгограде. Стены кофейни, где мы договорились встретиться с художником Тамарой Шипициной, так как «мастерская в полном хаосе все ещё:(», разрисованы героиней. Красиво и уютно. Место называется «Колба». – По сколько часов тупила в новостях за последнее время? Новости стали одинаковыми...

«Если речь идёт о завтрашней субботе, то я появлюсь в баре СП во второй половине дня. Точное время пока назвать не могу. Часа в два, видимо. Удачи! ЕЛ». В отделении союза писателей я был ровно пять лет назад, при жизни русского поэта Сергея Васильева. Там впервые читал и ему, и Лукину, и другим участникам литстудии свои рассказы и стихи. Преимущественно, рассказы. За пять лет пространство союза заметно скукожилось. Появилась новая стена там, где раньше был коридор. Помрачнели потолки. В баре женщины гремели тарелками...

Надежда Стародубцева: про возню в академической среде, имидж истории как науки, симпатии студентов к авторитарному режиму, лектории в Волгограде, инсту, чувство стыда и страхи для проекта Труп лошади. — Страшно уходить из университета? Делать шаг всегда страшно. Особенно таким тревожным личностям, как я. Но не представляешь, у всех преподавателей есть жизнь за университетом. Университет сейчас — это не универсум, как в средневековье, он не охватывает всю твою жизнь. Если апеллировать к моему миру средневековья, преподаватель университета — это очень много работы за пределами университета...