Руслан Мягков

Потерял свою

Евгения, а попросту Женька, с детства росла романтичной натурой, верящей во всякие чудеса и разную подобную дребедень. Вечно мечтала, что у неё не просто муж будет, а непременно принц на белом коне. Бабушка, с которой жила Женька, наверное в большей степени и оказала на неё это влияние романтизма. Не хотела старушка, чтобы её внучка была похожа на современную молодежь. А Женька и не была похожа. Предпочитала шоппингу чтение, кинотеатрам - музеи, а подружкам - разговоры с бабушкой. Да и если честно, то и подружек-то у неё не было совсем. Ни в школе, ни на работе… Когда бабушки не стало, то Женька осталась совсем одна в трехкомнатной хрущевке в центре Москвы...

Детство у моей матери выдалось, прямо скажем, не очень. Она не часто делится со мной воспоминаниями, но всегда в них скрыто очень много обид. Родилась она в многодетной семье, у нее было три сестры и один брат. Отец рано ушел из жизни, поэтому моя бабушка (её мама) пыталась справляться одна. Соответственно, внимания уделялось мало, а когда уж совсем стало тяжело, бабушка отправила её к своей сестре в другой город. Маме тогда было пять лет, там она и жила вплоть до того, как ей исполнилось 19. Родная тетка её встретила хорошо, и, как ни странно, обо всех годах, прожитых там, мама отзывается очень тепло на фоне того, что она чувствовала все эти годы...

В баре сегодня было особенно шумно. Дмитрий Олегович, зашедший отдохнуть после тяжелого дня, вздохнул, но решил остаться, тем более что его столик был свободен. Компания молодых людей веселилась немного в стороне, и пожилой мужчина надеялся, что они скоро покинут бар и отправятся веселиться в клуб. Сегодня день рождения его жены, и Дмитрий, как и много лет в этот день, испытывал особую грусть. Он всегда приходил в этот бар, занимал столик около окна, и глядя, как куда-то спешат люди, вспоминал, как они с Мариной сюда приходили. Вообще это заведение не всегда было баром. Еще в 80-е здесь была неплохая столовая...

- Мам! Ну куда нам ее, на голову? Ты же знаешь, что мы и так втроем в однушке ютимся! - Оксана раздраженно посмотрела на мать, но тут же мило улыбнулась и заискивающе добавила: - вот если бы ты поменялась с нами квартирой... В твоей трешке нам бы всем места хватило! А тебе одной нашей квартиры за глаза! Людмила Сергеевна грустно посмотрела на дочь и покачала головой. Что-то ей подсказывало, что то, что она предлагае - совсем невыгодный вариант для нее женщины. Оксанка-то, по всей видимости, снова беременна. От Людмилы Сергеевны не ускользнул и бледный цвет лица дочери, и то, что она время от времени, как бы невзначай, прикладывает руку к животу...