Crazy Why - канал о любви и отношениях

Без пятнадцати одиннадцать. За окном спальни мерцали редкие огни ночного города. Игорь лежал поверх одеяла в джинсах и рубашке. Веки свинцовые — сутки на ногах, смена затянулась, но заснуть не получалось. Мысль крутилась одна и та же: где она? Телефон молчал. Он проверял каждые пять минут. Дважды набирал номер, но сбрасывал. Не хотел давить. Корпоратив, коллеги, фото — такое затягивается. Но тревога не отпускала. Последнее, что она сказала: «Скоро буду». Это было почти два часа назад. Он поднялся...

Виктор впервые заметил перемену в Олесе, когда она вернулась с корпоратива около полуночи и сразу пошла в ванную — не поздоровавшись, не спросив, как прошёл его день. Раньше она всегда заходила на кухню — спрашивала, поужинал ли он, рассказывала про работу. Теперь просто проходила мимо, словно квартира была гостиницей, а не домом. — Как посидели? — спросил он, когда она вышла из ванной в халате. — Нормально, — бросила Олеся, не поднимая глаз. — Устала, хочу спать. Виктор кивнул, переключая канал на телевизоре...

Павел проснулся в понедельник с ощущением, что что-то изменилось. Вахта закончилась на три дня раньше — задержались материалы, работы пришлось приостановить. Обычно он радовался таким незапланированным выходным, но сегодня в груди тревожно сжимало. Он посмотрел на телефон. Половина шестого утра. Ольга точно ещё спит на даче. Она уезжала туда каждые выходные последние три месяца, ссылаясь на усталость, на необходимость побыть наедине с собой, на свежий воздух. Двадцать пять лет брака научили Павла не задавать лишних вопросов, но последнее время жена стала какой-то отстранённой...

Свечи догорали. Воск стекал тонкими струйками по подсвечникам, которые доставали только по праздникам. На столе остывала курица, запечённая с апельсинами. Рецепт из интернета. Валентина готовила три часа. Игорь доедал последний кусок. Жевал молча. Посмотрел на жену: — Вкусно получилось. Валентина улыбнулась. Встала. Включила медленную музыку из их молодости. Протянула руку: — Потанцуем? Игорь замер с вилкой над тарелкой. — Валь, ну ты чего? Ты же знаешь, я не умею… — Научишься, — она покачала головой в такт мелодии...

Алексей нарезал колбасу для бутерброда — третьего за вечер, хотя есть не хотелось. Телефон вибрировал на столе, пришло сообщение от Вики: «Уже у подъезда». Он глянул на часы — половина одиннадцатого. Позже, чем обещала. Дверь открылась, и в квартиру ворвался морозный воздух вместе с ароматом хвои и женских духов. Вика стояла на пороге с двумя пакетами в руках, щёки раскраснелись от холода, глаза блестели. — Привет, — выдохнула она, стягивая ботинки. — Ты ещё не ужинал? — Перекусил, — буркнул Алексей и вышел в прихожую...

Декабрь накрыл город мерцающей иллюзией праздника — витрины сверкали гирляндами, снег падал крупными хлопьями, а в воздухе витало предвкушение чуда. Только Кирилл никакого праздника не чувствовал. Он проводил жену взглядом от двери до машины. Ирина остановилась у зеркала бокового стекла, достала помаду, поправила губы. Зачем красить губы для Светки? Дублёнка новая. Духи — те самые, что он подарил на годовщину. Для «посиделок». — Папа, а мама опять к тёте Свете? — спросила восьмилетняя Вика, появившись рядом с младшей сестрой Машей...

Дмитрий листал ленту соцсетей третий час подряд, и с каждой новой фотографией что-то внутри сжималось сильнее. Корпоратив жены прошёл странно. Её коллеги заполонили соцсети снимками: застолье, танцы, конкурсы, смех до слёз. На столах — бутылки шампанского, закуски, торт с логотипом компании. Десятки фотографий. Ирины не было ни на одной. Он пролистал всё заново. Медленно, внимательно. Вот Марина с бокалом. Вот Светлана обнимает Катю. Вот общий снимок отдела — двадцать человек, все в кадре. Все, кроме его жены...

Александр смотрел в окно вагончика — за стеклом кружила метель, а внутри было душно от работающих обогревателей и запаха крепкого чая. Вахта длилась уже третью неделю. Еще десять дней до дома. В этом году Новый год семья встретит без него. Он скучал по Галине так сильно, что по ночам не мог уснуть. Двадцать лет вместе, восемнадцать в браке — его семья была смыслом всего. Ради них он и соглашался на эти вахты, хотя каждый раз разлука давалась всё тяжелее. Во время перерыва зазвонил телефон. — С наступающим тебя, — голос Галины был уставшим...

За окном падал снег. Крупные хлопья оседали на карнизе. Город готовился к празднику: гирлянды мигали в окнах напротив, доносились смех и музыка. Павел стоял у окна с ложкой в руке. Салат недоеден. Чай остыл. В углу мигала ёлка. Запах хвои и мандаринов. Дети уже спали — набегались, устали от предпраздничных хлопот. Под ёлкой коробки с подарками. Планшеты. Конструкторы. Новые кроссовки. Из кухни доносился звонкий смех жены. Анна разговаривала с подругой по видеосвязи. Голоса приглушённые. Женская болтовня, ничего особенного...

Алексей впервые встревожился, когда часы показали половину второго, а жены всё ещё не было. Корпоратив должен был закончиться в полночь — она сама так говорила утром, целуя его в щёку и поправляя воротник рубашки: «До двенадцати, максимум до часу. Знаешь же, как эти корпоративы — все устают быстро». Он сидел в гостиной с выключенным светом, только экран телефона светился в темноте. Звонил ей трижды. Сначала сбросила. Потом не брала вообще. За семь лет брака такого не случалось никогда. Алексей проверил социальные сети жены — ничего нового...

Максим впервые по-настоящему насторожился, когда жена в третий раз отказалась от совместного ужина ради «девичника». — Алена, может, в этот раз я с тобой? — предложил он, наблюдая, как она крутится перед зеркалом в новом платье. — Давно не виделись с Машей и Олей. — Зачем? — Жена обернулась, и в её взгляде мелькнуло что-то похожее на тревогу. — Девичник — это девичник. Мы обсуждаем женские темы, тебе будет скучно. Он кивнул, но внутри что-то сжалось. Раньше Алена относилась к этим встречам проще — могла забыть, перенести, пригласить его присоединиться в конце вечера...

Алексей впервые понял, что что-то не так, когда Ксения перестала смотреть ему в глаза. Не сразу, постепенно. Сначала она стала отводить взгляд во время разговоров. Потом начала отвечать односложно, глядя в телефон. А однажды вечером он заговорил с ней о планах на лето, и она просто не услышала — сидела рядом, но была где-то далеко. — Ксюш, ты меня слышишь? — Что? — Она вздрогнула, словно её окликнули из другого мира. — Да, конечно. О чём ты? Он повторил вопрос про дачу её родителей. Она кивнула рассеянно: — Давай потом обсудим...