Сказки дедушки Сергея Ёжикова.

В одном чудесном городе, который называется Кисловодск, жила-была маленькая пчёлка. Звали её Галя. Галя была не простая пчёлка, а очень дисциплинированная. Потому что в Кисловодске, как вы знаете, вода в кране течёт не всегда, а по специальному расписанию — утром и вечером. И все жители города — и люди, и пчёлы, и даже божьи коровки — строго смотрели на часы...

В этой фразе слышится не просто поиск уюта, а древняя, как мир, тоска по изначальному «Дому». Мы приходим в этот мир из небытия, и, возможно, самое первое тепло, которое помнит наша душа на клеточном уровне — это тепло материнской утробы: абсолютная защита, невесомость и слияние с целым. Но рождение — это первая трещина, первая утрата рая...

Обычные пчёлы зимой спят, лапки сложив, а Галя не спала. Она в своем уютном улье на склоне горы мастерила игрушки. Материалов у неё было много: сосновые иголки с гор, сухие травинки из-под снега, блестящая фольга от съеденных шоколадок и даже кусочек настоящей ваты, похожий на облачко. Но больше всего на свете Галя любила делать искусственные одуванчики...

Вот, думаю, сижу. Год Лошади объявляют. Опять. По восточному календарю. А по-нашему, по-колхозному? Год Лошади! Год её могучей силы, её красоты, её... как его... трудового вклада! Лошадь — лицо года! Символ! И что? И ничего. За всю историю нашего славного сельского хозяйства, при всех наших кадрах, прорывах и перевыполнениях — ни разу! Ни единого случая! Чтоб лошадь — председателем колхоза...

В одном уютном доме жили-были брат с сестричкой: весёлый Алёша и рассудительная Катя. Как только на календаре осталось три дня до Нового года, они засуетились. «Надо написать письмо Деду Морозу!» — сказала Катя. «Да!Чтобы он ничего не перепутал!» — согласился Алёша. Они взяли цветные карандаши и вывели на двух листочках свои самые заветные желания...

В своей ставке, пахнущей дорогим кожаным креслом, лавандовым одеколоном ,сдобренным запахом кокаина и герыча, и несмываемым страхом, сидит он – жидобандеровский Наполеончик. Карты на столе раскиданы, как судьбы брошенных в бойню солдат. Он строит из себя полководца, тыча пухлым пальцем в карту, но взгляд его бегает, как пойманная мышь. Вокруг – шепот. Шепот, который громче любого крика. Шепот о том, что земля на Востоке начинает гулять. Что к его резному порогу стучится не проситель, а гость с косой – батюшка Кондратий. Он пытается заглушить этот стук грохотом пропагандных литавр и треском фейерверков на заднем плане...

В одном уютном парке в славном городе Кисловодске жила-была Пчёлка Галя. Все пчёлки её подружки давно уже спали в своих тёплых ульях, потому что на календаре стоял ноябрь. Но вот беда – или радость? – стоял на удивление тёплый, солнечный денёк, будто само лето заглянуло в гости на минуточку. Не удержалась Галя, вылетела из улья и зажужжала от восторга: –Жжу-жжу-жжу! Какая красота! В это время по тропинке, шурша золотыми листьями, прогуливался Ёжик Сережик. Он нёс на своих колючках самое главное ёжиное сокровище – румяное яблоко про запас. – Здравствуй, Сережик! – обрадовалась Галя. – Не спишь? –Привет, Галя! – фыркнул ёжик...

Жил-был на свете Ёжик Сережик. Был у него самый лучший друг на свете — Пчелка Галя. Она улетела в другой лес собирать особый, липовый мед. А чтобы не скучать, они каждый день писали друг другу письма. Сережик писал: «Дорогая Галя! У нас сегодня три груздя выросло и радуга над рекой стояла. Очень жду тебя. Твой Ёжик». А Галя ему отвечала:«Милый Сережик! Липа цветет, пахнет волшебно. Скоро вернусь с полной баночкой меда. Твоя Пчелка». И все эти письма приходили к ним по волшебному телефону-цветочку. Он был похож на большую ромашку: на зеленом стебельке сиял белый экран, а лепестки были разноцветные кнопочки...

Жила-была бабушка Майя, которая очень любила старинные замки, и её внучка Ярослава, которая обожала приключения. Однажды они отправились на экскурсию в величественный замок Гарибальди. Пока экскурсовод рассказывал о рыцарях, Ярослава увидела резную дверь с изображением дракона. Дверь была приоткрыта. Девочка махнула бабушке, и они, подмигнув друг другу, вошли внутрь. Комната оказалась маленькой библиотекой, но когда они захотели вернуться, дверь бесследно исчезла в стене, словно её и не было. Они блуждали по бесконечным коридорам, где висели портреты суровых людей в париках. Тени удлинялись, а в окнах зажигались первые звёзды...

Осень вступила в свои права уверенно и ярко. Лес пылал рыжими, багряными и золотыми красками. Воздух был прозрачным и холодным, а по утрам лужи подергивались хрустальным ледком. Но Ёжику было не до красот.С каждым днем солнышко вставало все позже, а ложилось все раньше. Небо чаще было затянуто серой ватой туч, с которых непрерывно моросил противный, холодный дождь. Травинки поникли, цветы давно ушли под землю, а от ягод остались лишь воспоминания. И в сердце Ёжика поселилась тяжелая, колючая и серая гостья — осенняя хандра. Он целыми днями сидел в своей норке, завернувшись в самый теплый плед, и смотрел в окно на унылый пейзаж...

На зелёном берегу лесного озера сидел Ёжик. В лапках он сжимал узелок, туго завязанный в клетчатый платочек. В узелке лежали самые лучшие вещи: душистое яблочко, несколько крепких грибков и горсточка сладкой земляники — про запас. Солнечные зайчики танцевали на воде, стрекозы играли в догонялки, но Ёжик был серьёзен. Он смотрел на своё отражение в воде, на колючую спинку и умный носик, и думал. А думал он о Пчёлке. Милая Пчёлка! Она такая нарядная, в полосочку, такая трудолюбивая и весёлая. Когда она летает над цветами, кажется, что сам воздух начинает жужжать самую радостную песенку. Ёжику очень нравилось смотреть на неё и слушать её...