Надежда Шепс Вышивка

Муж подарил кучу красоты

Мои вышивальные покупочки от Доброго Гринча💗💗💗

— Четвертое испытание пройдено. Этот ключ откроет парадную дверь, но учти: замочная скважина находится не снаружи, а внутри. Иди вдоль ручья, пока не увидишь плакучую иву, чьи ветви касаются воды. Там начинается старая липовая аллея. Вышить 450 на сюжете с деревьями. Последняя часть пути оказалась самой тяжелой. Аллея казалась бесконечной, деревья смыкались кронами, создавая готический свод. Когда Катерина наконец вышла к дому, небо на востоке едва начало сереть.Рассет близился. Вышить 600 на сюжете с солнцем. Усадьба впечатляла своей мертвой красотой. Двухэтажный особняк с облупившейся лепниной в виде сатиров, заколоченные крест-накрест окна и чугунное кружево балкона. Дверь была дубовой, обитой ржавыми полосами металла. Замочной скважины не было. Вспомнив слова гнома, Катерина дернула ручку на себя. Дверь отошла ровно на толщину пальца, образовав узкую щель. Девушка просунула руку внутрь, нащупала холодный металл замка и вставила ключ. С тихим щелчком массивные створки распахнулись. Внутри пахло пылью, старым деревом и озоном, как перед грозой. Катерина включила диктофон и сделала первый шаг. Скрипнула половица. Не третья, как предупреждал гном, а вторая. Журналист замерла, направив луч фонаря в темноту коридора. Прямо посреди вестибюля висело огромное овальное зеркало в почерневшей раме. В мутном стекле отражалась пустая комната. Но когда девушка подошла ближе, отражение изменилось. В зеркале стояла она сама, но одетая в бальное платье девятнадцатого века. Отражение улыбнулось ей ледяной, нечеловеческой улыбкой и медленно подняло правую руку. Катерина тоже машинально подняла руку. Но в реальности она продолжала держать фонарь. В зеркале же ее двойник держал старинное гусиное перо. Тайна дома начала раскрываться. Особняк не просто хранил историю — он питался историями тех, кто приходил за ними. Стены впитывали чужие тексты, чтобы переписать судьбу гостя. Редакционное задание внезапно потеряло всякий смысл. Теперь речь шла не о сенсации, а о том, сможет ли Катерина выйти из этого текста обратно в реальный мир, или навсегда останется лишь строчкой в проклятой книге этого дома. Диктофон в кармане куртки тихо пискнул, сигнализируя о начале записи...