Агентство Медвижимости

В прошлой главе Платон Рябушинский допрашивает таинственную книгу, доставшуюся ему от умершего коллекционера Льва Гриневича и получает таинственный ночной звонок. Рекомендую начать читать с самого начала истории. Фамилию не выбирают — она выпадает, как книга с полки. Как судьба. Не ты её берёшь, а она тебя. Спать он так и не лёг. Под утро задремал в кресле, не сняв продранной кофты, уронив голову на грудь, — и очнулся в семь с той ватной, стеклянной ясностью, какая бывает после бессонницы, когда весь мир виден резче обычного, но и дальше, будто сквозь витрину...

Некоторое время назад так вышло, что оказался в больнице — без компьютера, без связи, без лишних движений. Несколько книг, ручка и просроченный ежедневник отвратительно бирюзового цвета, купленный когда-то в Воронеже, и вообще непонятно, зачем схваченный с собой в последний момент. Что из этого можно сделать? Верно! Можно написать роман. Если подписаны на «Агентство Медвижимости» или мой ВК, уже читали первые две главы (в ВК — три, так вышло). Вообще, начинать с названия глупо. Но я сделал именно так, и, честно говоря, именно название появилось первым, сначала ничего писать не собирался...

В прошлой главе в руки к петербургскому издателю Платону Рябушинскому попадает таинственная книга, оставшаяся от умершего коллекционера Льва Гриневича. Герой уверен, что перед смертью старик оставил ему секретное послание... Продолжаем читать детективный роман Михаила Виноградова «Ляссе для мёртвого поэта». Допросить книгу нельзя. Её можно только выслушать — а это совсем другое ремесло, куда более старое и куда менее почтенное. Следователь давит, книга отпирается; но стоит перестать давить и начать...

Платон Михайлович Рябушинский проснулся оттого, что во сне был счастлив. Лучше бы свело ногу. Или руку. Или голову. Пробуждение от счастья — худшее из пробуждений. Во сне она ещё не ушла, в постели пахло сыром и её волосами, она смеялась над чем-то, чего теперь, наяву, он никак не мог вспомнить. От невозможности вспомнить, над чем же она так смеялась, ему стало так пусто, как будто из жизни вынули не Женю, а какой-то внутренний орган, без которого, оказалось, вполне можно жить. Только незачем. И, самое страшное, во сне она читала ему...

Короткий ответ — да, если эти тексты выполняют работу, которую не должен выполнять основной текст. Хорошее предисловие помогает войти в книгу, хорошее послесловие — осмыслить прочитанное. Плохие варианты лишь оттягивают начало или повторяют уже сказанное. Крутой вопрос задали. А нужны ли вообще книге предисловие и послесловие. Задали, когда я прямо-таки потребовал от одного из авторов дописать послесловие к книге. В итоге, кстати, сам за него написал. Иногда на вопрос «Что хотел сказать автор» сам автор ответить никак не может...