Точка Рифмы.

Семь лет назад надела платье, Чтоб в белом выйти под венец. Вручив себя моим объятиям, Скрипили мы союз колец. Фатой затянуты ресницы, Родной покинула ты дом. Настал черёд остепениться, Супругой стать теперь в другом. Нас годы вместе проверяли Стальными крыльями судьбы, Себя в пути не растеряли, Не шли на поводу толпы. Ты днём и ночью помогала Построить из любви очаг. Пряма в словах, ни дня не лгала — Не страшен стал душевный враг. Прошли они одним мгновением, Мне незачем о них жалеть. Когда болел я отчуждением, Ты сердцу не дала слабеть. Пусть надо мной смеётся время, И пробьёт час в закат уйти. Снесу мне выпавшее бремя, Вернувшись, чтоб опять пройти.

Эй, слышишь? Это не бит играет, это сердце стучит о рёбра. Вдох. Выдох. Погнали. Неделю хожу чёрной тенью без сна, За дверью облезлой шумят голоса. Район — негатив, как судьбы полоса, Смотрю я глазами бездомного пса. В моей коммуналке забыв про уют, В удушлевой сырости семьи живут. Свой срок они в этих коробках мотают, Мечты молодые, как плесень сгнивают. Соседка вчера получила письмо, Сын матери пишет со службы на СВО. Не просто он принял такое решение, Чтоб как то улучшилось их положение. Жизнь не черновик, места правок здесь нет, Где с детства ты знаешь причины всех бед. Тут света не видно, темно как на дне, Осколком себя вижу в битом стекле. Тяжёлый груз давит засохшую грудь. Не сдохнуть бы раньше, пройти этот путь. Мы звёзды не ловим на призрачном небе, Есть те кто, сидит на воде и на хлебе. Наш мир состоит изо лжи и обмана, Друган ловит счастье на стенках стакана. Моя голова в этом вязком тумане. Как в специях варимся в проклятой драме. Хомут лёг на горло дорожной петлёй. Машины летят вслед одна за одной. Глаза режет свет исходящий от встречки, В зрачках отражаясь как пламя у свечки. Урок даёт улица каждому свой, Копчёные лица проходят толпой. И если удар нанёс первый не ты, Порежут без страха тебя в лоскуты. В сердце свинец, а душа словно рана. Кто-то ломает мне планы упрямо. Любви больше нет, только голый расчёт. Новым попыткам потерян уж счёт. Нервы — курок, возведён до предела, Мысли — война, мне она надоела. Гонка на вылет, не стоит шутить, Приз лишь один, время не тормозить. Хочется верить, мечтать и прощать, Но продолжаю от боли кричать. Будущее разбивает нас в щепки, Сижу на полу заколоченной клетки. Слышишь, как капает? Это не вода из крана. Это время утекает в бездну. Тяжело. Но мы ещё дышим.

Он был из тех, кто рвался в бой. Туда, где воет канонада. Не обходил смерть стороной, А для других она преграда. В лишениях не жалея сил, Он клятву выполнял исправно, У Бога славы не просил, К своей шёл цели неустанно. Но в этом есть благая роль. Сейчас, быть может, это странно. Не мог терпеть чужую боль, С ней жил на сердце постоянно. И в детстве был для всех пример, Чужие разнимая драки. Не признавал он полумер, Помочь мог брошенной собаке. В затишье думал об одном — Как за руку возьмёт отраду. И знать не мог тогда о том, Что примет горькую награду. Открытым оказался тыл, Вонзилась молнией ракета. Но кто такое допустил? Вопрос остался без ответа. Шумит под синевой листва. Венком украшена ограда. В граните замерли слова: «Прощай, любовь моя, отрада!»

О чем поёшь мой соловей, Весну в своем краю встречая? Что мир настал среди ветвей. Залился песней, отвечая. За чередой ночных тревог, Свой голос звонкий не утратил. Путем израненных дорог, Ты смысл жизни не растратил. Твои пронзительные трели, Как первый вздох перерождения. За грозами, что отгремели, Настало время обновления. Смотрю на исходящий свет, Вновь простирая к небу руки. И тихо я шепчу "Привет", После томительной разлуки. Лучи мой озарили дом, Прогнали прочь глухие тени. Окрасил утро под окном, Осколком битый куст сирени. Так пой же песню, мой певец, Нам душу вывернув до дрожи. Чтобы услышать наконец, Как тишина звучать в нас может.