Точка Рифмы.

Он был из тех, кто рвался в бой. Туда, где воет канонада. Не обходил смерть стороной, А для других она преграда. В лишениях не жалея сил, Он клятву выполнял исправно, У Бога славы не просил, К своей шёл цели неустанно. Но в этом есть благая роль. Сейчас, быть может, это странно. Не мог терпеть чужую боль, С ней жил на сердце постоянно. И в детстве был для всех пример, Чужие разнимая драки. Не признавал он полумер, Помочь мог брошенной собаке. В затишье думал об одном — Как за руку возьмёт отраду. И знать не мог тогда о том, Что примет горькую награду. Открытым оказался тыл, Вонзилась молнией ракета. И кто такое допустил? Вопрос остался без ответа. Шумит под синевой листва. Венком украшена ограда. В граните замерли слова: «Прощай, любовь моя, отрада!» (Изображение взято из интернета)

Судьбы глубокая река, Уносит годы, уж старею. Куда несёшься жизнь моя? Боюсь, что много не успею. Забраться мне бы утром в горы, Где встретить солнечный рассвет. В гостях у Северной Авроры, Оттуда передать привет. Я рьяно пачкаю холсты, Стираю кисти, не жалею. Мгновения Господом даны, Ни дня промедлить их не смею. В моей лачуге дико тесной, Покрылось время сединой. Меня заждались в Поднебесной, Что отгорожена стеной. В потрепанном от пальцев списке, Обвёл окружностью Байкал. На Кольском искупался в риске, К Сибирской чаше не попал. И перестал чего-то ждать, Откладывая на потом. Не оставлял стихи писать, Чтоб не жалеть мне о былом. Покуда жилы рук крепки, И своим телом не ржавею. Вдыхаю с жадностью глотки, Иначе жить я не умею.

Я помню этот берег и песок, Где Волга билась о гранит причала. Тебе открылся, утаить не смог. Ты, опустив глаза, в ответ молчала. Самарский ветер разгоняя гладь, Срывал листву по мостовой гоняя. И Жигулей далёких вековую стать, Прикрыла облаков белёсых стая. Стоял напротив, тяжело дыша, Слова комкал, их с воздухом глотая. И в пятки утекла моя душа, Что скажешь ты на всё, ждал замирая. С плечами тонкими и кудрями юнец, Впервые испытал я страсти муки, Наивный, нецелованный глупец, Краснел, себе заламывая руки. Ленивый луч игрался в волосах, Сползая вниз, под занавес заката. Улыбкой проскользнул он на устах, В тот миг казалось, рухнула преграда. Но так бывает, что любовь глуха, Задела сердце отрока досада. Холодным ливнем отрезвив меня, Сказала тихо: "Нет прошу, не надо!" Тогда на месте я хотел сгореть, И от стыда готов был провалиться. Не суждено с тобой мне душу греть, За откровение стал на себя я злится. С тех пор уже не мало лет прошло, Успел состариться и сединой покрыться. Теперь и вспоминать то мне смешно, Но те мне очи продолжают сниться.

Семь лет назад надела платье, Чтоб в белом выйти под венец. Вручив себя моим объятиям, Скрипили мы союз колец. Фатой затянуты ресницы, Родной покинула ты дом. Настал черёд остепениться, Супругой стать теперь в другом. Нас годы вместе проверяли Стальными крыльями судьбы, Себя в пути не растеряли, Не шли на поводу толпы. Ты днём и ночью помогала Построить из любви очаг. Пряма в словах, ни дня не лгала — Не страшен стал душевный враг. Прошли они одним мгновением, Мне незачем о них жалеть. Когда болел я отчуждением, Ты сердцу не дала слабеть. Пусть надо мной смеётся время, И пробьёт час в закат уйти. Снесу мне выпавшее бремя, Вернувшись, чтоб опять пройти.