Ольга Прибыткова АСТРОЛОГИЯ + ДИЗАЙН ЧЕЛОВЕКА

Дом плантатора был просторным, деревенским жилищем, которое сильно напомнило мне описание Дефо таких мест. День был очень теплый, но поскольку все жалюзи были закрыты, а окна и двери широко открыты, по комнатам гуляла тенистая прохлада, которая была восхитительно освежающей после яркого света и жары снаружи. Перед окнами была открытая площадь, где в то, что они называют жаркой погодой - что бы это ни было - они вешают гамаки, пьют и роскошно дремлют. Я не знаю, как их прохладные отказы могут быть...

Город является резиденцией местного парламента Вирджинии, и в его тенистых залах законодательных собраний некоторые ораторы сонно беседовали с жарким полуденным днем. Однако из-за постоянного повторения эти конституционные достопримечательности интересовали меня не больше, чем множество церковных одежд; и я был рад обменять их на гостиную в хорошо оборудованной публичной библиотеке, насчитывающей около десяти тысяч томов, и посещение табачной фабрики, где все рабочие - рабы. Я видел в этом месте весь процесс сбора, прокатки, прессования, сушки, упаковки в бочки и клеймения...

Я оставил последнего из них позади в лице несчастного рабочего, который, пробежав туда-сюда весь день до полуночи и хандря в своих тайных подмигиваниях во сне на лестнице между часами, мыл темные коридоры в четыре часа утра; и продолжил свой путь с благодарным сердцем, что я не был обречен жить там, где было рабство, и никогда не притуплял свои чувства к его несправедливости и ужасам в колыбели, качаемой рабами. Я намеревался отправиться по реке Джеймс и Чесапикскому заливу в Балтимор; но один из...

Эти мосты сделаны из дерева, не имеют парапета и достаточно широки для проезда поездов, которые в случае малейшей аварии неизбежно будут сброшены в реку. Это поразительные изобретения, и они очень приятны, когда их передают. Мы остановились пообедать в Балтиморе, и, находясь сейчас в Мэриленде, нас впервые обслужили рабы. Ощущение того, что ты требуешь каких-либо услуг от человеческих существ, которых покупают и продают, и на какое-то время становишься как бы участником их положения, не вызывает зависти...

Позавтракав на следующее утро, я час или два брожу по улицам, а вернувшись домой, открываю окна спереди и сзади и выглядываю наружу. Вот Вашингтон, он свеж в моей памяти и у меня перед глазами. Возьмите худшие районы Сити-роуд и Пентонвилля или разбросанные окраины Парижа, где дома самые маленькие, сохранившие все свои странности, но особенно маленькие магазины и жилые дома, занятые в Пентонвилле (но не в Вашингтоне) торговцами мебелью, владельцами бедных закусочных и любителями птиц. Сожгите все...