Александр Тулупов

(следите за мыслью) Почему с возрастом жизнь фантастически ускоряется? Сначала, как один год пролетают два, затем - три, и вот уж, совсем дело грустное - пять за год... Причины этого явления давно волнуют не только простых жителей планеты, но и тревожат умы больших учёных самых различных направлений. В первую голову - это конечно медики геронтологи, психологи, философы, историки, археологи и даже политики. Так вот, все они не одно столетие предлагают свои пути решения проблемы замедления скоротечности жизни, но так и не придут к единому пониманию процесса. Нет консенсуса, и всё тут! ...

Вот только не припомню: было это перед смертью Владимира Высоцкого или сразу после? Но поскольку суть и течение моей истории это никак не изменит, я её начну... Ночная смена закончилась в 9 часов утра. Пока то да сё: электричка, метро, две пересадки... Время к одиннадцати, основной поток пассажиров схлынул. И вот, наконец, вхожу в поезд на своей оранжевой ветке. Вагон полупустой, все пассажиры сидят, ещё и свободные места плешивят. На противоположной стороне с краю сухонькая старушка лет восьмидесяти в плюшевом полушубке и сером шерстяном платочке на голове. Ну, сидит и сидит. А я стою...

Евонная, ёшная, ейный, ёная, ивоный, евошная или накласть... Как вам больше нравится? Замечали вы, как часто употребляют в последнее время эти слова во многих телепередачах, приглашенные невсебешные (слово в "ихней" стилистике) участники различных ток-шоу? Где их откапывают? Такое впечатление, что на половине территории России люди ничего не читают, не слушают радио, не смотрят телевизор, а говорят только между собой и в студию попадают тёплыми, прямо из постели. А может, это...

Агафье Семёновне было уже за девяносто. Она и в молодости была небольшого росточка, а тут стала уж совсем крохотной. Бо́льшую часть второй половины своей жизни она проработала дворником почти в самом центре Москвы, орудуя летом метлой, а зимой лопатой и ломом. От постоянного пребывания на улице, всё лицо её исполосовали глубокие морщины, а подслеповатые глаза сощурились. От густых и чёрных волос осталась жиденькая седая косичка, которую она смешно заплетала, порой прибирая в пучочек на затылке, а иной раз и просто оставляла мышиным хвостиком на плече...

Как же мы тогда бежали! Большую часть жизни я думал, что это происходило 12 апреля 1961 года. Но вот, оказалось, что на пару дней позже - четырнадцатого. Мне было почти три с половиной года. В детском саду ближе к дому тогда появилось свободное место и меня туда перевели из младшей группы садика на Шаболовке. Нами занимались две воспитательницы: одна злая, а другая добрая. Злая меня не любила, потому что я иногда мог в тихий час во сне описаться, и меня надо было переодевать. Делала она это с раздражением, шпыняя и дёргая за руки и за ноги...