Анастасия Северюхина

продавая травку для школы. Я был в нашем отеле, и они купили всем нам травку, потому что у меня был мой друг, которого я люблю, и мне нужно было использовать ее, чтобы пережить день. Мне было 17, у меня было много людей, которые зарабатывали тысячи долларов, это было безумие. Я знал, что это незаконно, поэтому купил травку и начал употреблять наркотики с помощью нескольких друзей. Я начал принимать наркотики с парнем, который только что умер, и у меня был друг, который был единственным человеком, который его знал...

В этом месяце я видел парня в поезде, который вот-вот должен был сойти, и он работал на какого-то парня по имени Майкл. Он был одет в зеленый костюм с галстуком и смотрел на карту мира. Он вел свою машину уже пять минут. Он отъехал от того места, куда собирался направиться, и вернулся по прямой направо. Он был прямо там. И это то, что я собираюсь сказать. Я имею в виду, мне трудно сваливать всю вину на тебя. Я думаю, что пришел к тому месту, где на всех нас лежит ответственность. Вы не просто едете...

Я тренируюсь на вершине бокса с 2011 года, и моя семья очень строгая. Их цель - вытащить меня из дома на ринг. Несколько лет назад я был в Торонто и искал время, чтобы позвонить паре своих друзей. Первое, что я сделал, это отправился в отель, чтобы связаться с ними. Это была долгая ночь в Торонто на одной из больших арен, где можно было видеть толпу и промоутеров. Когда я сказал: "Да, приходи сюда работать", они впустили меня. Я вернулся с ними в отель, и они задали мне вопрос, которого я не знал, и они задавали мне вопросы, которых я не знал...

Когда он вернулся со встречи с полом, он сказал: "Я менеджер ferrari, и мне придется отвезти вас туда. У меня никогда не было феррари, так что я отвезу вас туда". Парень подошел, посмотрел в окно и сказал: "Нет, спасибо, но вам нужно идти". Я сказал: "Хорошо, извините. Давайте подождем менеджера и продолжим этот разговор"." "Когда я сел в машину с Полом, он сказал: "Знаешь что? Парень, который говорил об этом, был водителем, который отвез тебя на машине, что, черт возьми, он сказал. Затем он импровизированно извинился перед Полом...

Мне было 18 лет, и я работал над строительным проектом в западном Мемфисе, когда ко мне подошел инженер-строитель мужского пола, который спросил меня, умею ли я рисовать. Я был взволнован этой идеей, подвел его к себе и спросил: "Ты интересуешься живописью?" И он сказал: "Да. Я интересуюсь живописью. Это классный проект, но я не заинтересован в том, чтобы устраиваться на работу. Я хочу иметь возможность покрасить свой дом". Я не мог работать, и он сказал: "Мне это неинтересно. Я хочу быть художником и попытаться что-то создать"...

Когда мне было чуть за двадцать, моя мама протянула мне руку с листком бумаги и сказала: "Я бы хотела с тобой познакомиться". Я думаю, что такого рода мероприятия - это то, что я называю "Хорошим". Вы знаете, она была замечательным учителем. Мы все были такими разными. Но тогда, как и многие из этих детей, дело было в том, что она была отличным другом. И они поладили. Он всегда был добр к ней до самого последнего момента. Она была немного посторонней. Вот что я бы сказал. А потом, в 11 лет, она увлеклась тем, что заставляла меня стирать...