наталья гольденберг

Юхо Куосманен "Купе номер шесть". Гран при, между прочим, Каннского кинофестиваля. Первые сорок минут я плевалась, что это не роуд-муви, а страшное днище. Потом незаметно втянулась, прониклась. Конец у фильма показался нежным и трогательным. Я бы эпиграфом поставила бутусовское "с правом на надежду, с верою в любовь".

Семь сезонов по десять с лишним серий в каждом- за месяц- досмотрела "Сынов анархии". Уже к пятому сезону было чувство, что у меня мальчики кровавые в глазах и понимание, что дорога в ад прокладывается только благими намерениями. Финал эпичен. Когда пятилетний мальчик с недетской ухмылкой крутит на пальце байкерский перстень , вспоминаешь мориссоновское "Никто из нас не выйдет отсюда и живым". И последние кадры- раскинутые руки главного героя,тело и кровь, хлеб и вино на горячем калифорнийском асфальте- остановите меня, не дайте увлечься и пересмотреть все фильмы режиссера ( обычно я так поступаю). (Вопрос, не дающий покоя после просмотра. "Сумасшедшая мать", идущая в седьмом сезоне на жестокое убийство ради любви к сыну и внукам, в первом сезоне говорит про свои русско-еврейские корни- это не просто так, в этом подтекст,да?)