Для нас, девочек

Я была твоей принцессой Они так хорошо жили… Во всяком случае со стороны казалось, что просто сказочно. Ей было двадцать три, когда они познакомились. Он старше, умнее, опытнее, на взлёте карьеры. Она недавно закончила институт, только начала практиковаться, как специалист. Но встретила его. У него было всё, что положено иметь лучшему в твоей жизни мужчине. Высокий рост, уверенный взгляд, лёгкая небритость, переходящая в короткую ухоженную бородку (куда же без неё?), просторная квартира, не где-нибудь в новостройке на пятнадцатом этаже, а в уютном дворике в старом районе города...

Милый, ты не умеешь считать! Девочка любая старше мальчика всегда, Даже если ему сорок, а ей двадцать пять! Знаешь, почему? Я одна считаю, что девочки растут и набираются жизненного опыта значительно быстрее мальчишек? Как сказала когда-то моя коллега: мужики взрослеют до семнадцати лет. Потом они матереют, стареют, лысеют или толстеют, но больше уже не взрослеют. Потому, что – что выросло, то уже выросло. С девчонками,...

Нет от тебя звонков, и писем нет, Смешные не приходят изреченья. Но я любви целуя нашей след, Всё верю и надеюсь на прощенье. В ссоре не всегда виноваты оба – иногда виноват кто-то один. Тот, кто не смог вовремя остановиться или перегнул палку. Тот, кто, позабыв аргументы, перешёл на личности, у кого логические доводы меняются на оскорбления. Я знаю пару, где мирятся по очереди. Они как-то сразу договорились, что не будут искать виноватого, а просто тот, чья очередь, первый предложит примирение...

Сразу скажу – автор песни к тому, что произошло, отношения не имеет. Автор лишь летописец, но не участник. И, вообще, я такой ответочки не понимаю. Впрочем, может, у меня взгляды изрядно устарели… Игорь устало опустился в кресло, вытянул ноги, откинулся на высокую спинку. Он любил так отдыхать – в старом, ещё дедовском кресле. В прошлом году кресло отдали на перетяжку, подобрали почти такую же расцветку, как была. О том, чтобы выбросить немодное и откровенно древнее кресло, не могло быть и речи – это память...

Я из того поколения, когда депрессию и все остальные душевные травмы лечили на кухне с подружкой. Запивая чаем (а иногда и не чаем) домашние пирожки и бутерброды с ливерной колбасой. Я, кстати, и сейчас её люблю. Если кто-то сморщится и назовёт эту колбасу «собачьей радостью» - спорить не буду. Моя собаня тоже очень любила, мы на двои кусочек покупали. Но я не о том. Я о Леночке, бывшей однокласснице моей дочери. Недавно встретила на улице Леночкину маму, и та, со вселенской скорбью, сообщила мне, что у дочки тяжелейшая депрессия...