иван боровичев

Потому что безобидными игрушками выглядели масайское копье и щит по сравнению с остальными реликвиями. Потому что стены почти сплошь укрывали чукотские и тунгусские шаманские маски, монгольские маски для «цама», от одного взгляда на которые можно поседеть, тибетские ритуальные маски, настолько страшные, что, неожиданно встретив в темном коридоре человека с таким лицом, – онемел бы до самой смерти. Стояли тут чудовищные бенинские божки и китайские боги с выражением безумной жестокости и злости на лицах. Висели щиты из Квинсленда и острова Сандей, австралийские травяные браслеты, фетиши африканских жрецов, зловещие убранства участников мужских союзов Новой Гвинеи

Дайте мне два блока «БТ». Э-э, да у вас, наверное, нет, на витрине что-то не вижу. – А вы их часто у меня на витрине видите? – Он достал из-под прилавка два блока, которые я и положил в свой портфель. – На витрине нет, – для вас всегда найдется. – За какие это заслуги мне такое исключение? – Оптовый покупатель… И свой. – А вот взгреют тебя, Герард, – неожиданно прозвучал за спиной мягкий голос. – Взгреют и за «своих», и за подприлавочную торговлю.