A. Zavrov

В веках отнюдь не столь далёких: Когда острог в тайге стоял, И племена оленеводов Стада гоняли по дола'м, Напала чёрная зараза На люд живущий у реки. Всех пожирала эта нечисть, О плоть точа свои клыки. Не разбирала злая нежить Ни расы, ни людей, ни скот. Ни кто не мог пробраться в лоно Где ужас держит свой оплот. Кривых тропинок лабиринты, Всех кто пытался победить, Сводили лишь на край обрыва Чтоб в буйных водах утопить. С надеждой прекратить страдание На склоны сопки Айралжан Поднялась мудрая шаманка, Взошла шаманка Халюхан...

В долине солнца, окруженный Стеною сопок и хребтов,                   Укрытый покрывалом смога,                   Уснул забытый город мой. Забытый Богом, властью, миром, В напоминанье о себе                   Лишь светит фонарями улиц,                  Проспектов - лентами огней. С рассветом, выйдя из забвенья, Дымит цигаркой старых труб,                  И не снимая покрывала                  Спешит наполненный забот...

Мою даурскую натуру не может не бесить тот факт: Когда сторонняя "фактура" залазит в душу, в мой антракт! Ведь есть неписанные нормы по соблюдению границ, Веками взрощенные догмы - моральных норм душевных лиц: Нельзя смотреть в чужие окна и юбки девкам задирать, Публично выражаться матом и мысли у людей читать...

На полу в лучах весенних Греет лапки старый кот, Вспоминает в грёзах сладких Как прошёл минувший год. Беззаботно спит, мечтая О кусочке колбасы, О заполненной до края Миске лакомой еды... Из под пола, как чертёнок, Пробирается тайком Серый маленький мышонок, Озабоченный зерном...