Все из-за Славы

Люся Валерьевна была дура дурой. Диплом о мозгах конечно был и не один. Но, детство среди книг про Ассоль и Айвенго сказалось разрушительно на анализирующих способностях. Романтизьм и эстетические взгляды на всё довлели. Родители не говорили ей, что она красивая, просто не врали принципиально. Но она все равно накрасила верхнюю часть туловища и пошла на свидание. Даже на несколько свиданий. По графику. Она же не виновата, что на удачную размытую фотографию стали писать сто человек. 90 самых впечатливших, сразу пошли недобровольно прочь. Ибо не уровень, да. Десять отобранных, то бишь избранных, писали страстно и настойчиво, в стихах, междометиями и смайликами. Но одновременно. Пришлось конспектировать, дабы не запутаться, кто музыкант, а кто временно тракторист, а вообще экономист широкого профиля. На следующей неделе было составлено плотное расписание первых свиданий. 4 дня по два, день перерыва и еще два дня. Ибо отдыхать будем на пенсии. Музыкант пришел в носках и в шлепках, хотя на фото был одет в костюм и стилизован по моднему настенным ковром. На свидании в руках он держал не гитару, а пластиковую бутылку. В процессе разговора стало ясно, что это вода. Но патовую ситуацию это не спасало. Посидели на скамеечке, подышали воздухом. В общем оздоровительная процедура прошла без потерь. Прочерк. Второй, видимо, почистил зубы зубной пастой. Видно было. Рассказывал о себе 2 часа. Почти все про садик успел. Люся Валерьевна в этом свидании вела себя отвратительно, пыталась вставить слова, не конспектировала, отвлекалась. На третьем первом свидании решено было прогуляться по набережной. Сентябрь, погода замечательная. Много шутили, смеялись, можно было уже почти доставать фату из сумочки, пока Люся не решила показать, что вода еще теплая и замечательно пахнет морем. Сбежала на три ступеньки к воде, взмахнула руками как ласточка, и шустро соскользнула ногами на полметра в воду. В процессе перемещения в скользком пространстве пролетающими руками успела ухватится за поручень. Спасибо тебе, мил человек, кто сделал его! Лежит Люся такая красивая, точно по диагонали в воде. Крепкими и нежными белыми рученьками держится за ржавую просоленую трубу, диаметр 50 мм. Эстетику старины изучает. Зелёные водоросли стильно оплетают ноги с ссадинами. А он что? Не Андерсен, конечно, но достал русалку из воды, хорошо верхняя часть человеческая у неё сухая, приличная. Юбка короткая. Красота! Обтёр салфеткой ноги повизгивающей дамы. Полюбовался сзади и спереди и понял, что не потянет столько харизмы в одно лицо. Да и с весом она явно чего-то недоговаривает. .... Ирина Гончарова

Когда сыновья готовят еду, я не ругаюсь. Посапываю, да. Глаза закатываю. Проветриваю. Глаза. Ну, а что они могут поделать с моими генами. Вот вчера я великолепно поджарила ленивые вареники в процессе варки. Старший сын отказался мыть, а младший есть. Я замечательная хозяйка: и скребок у меня есть, и мусорное ведро. Ах, да и пофигизм). На фото: сын фигурно чистил картошку.

Когда приезжает Аня, мы вместе начинаем исправлять мои недостатки. В последний раз позорно обнаружилось, что у меня до сих пор нет места силы. А ведь всем доподлинно известно, что жизни без него нет. Аня вот завела его себе и ездит на кудыкину гору Капчик за 5000 тысяч километров. Новый Свет, море, горы. Крым в общем. Классная штука. Как крымчанка говорю. Можжевельники, воздух, обрывы, острые валуны, пекучее солнце и другие романтические вещи. Аня, совсем не жадная, разрешила мне полюбить свое место силы, желательно побыстрее. Сейчас. Иначе формировать крепкую привязанность она будет собственноручно, и кивнула головой в сторону узкой и прекрасной, как остатки моей жизни, горной тропки. Камни под ногами полезны плоскостопым. Аня, как заслуженный учитель заслуженного нами образования, видит по моему лицу, что плоскостопость у меня запущенная. Поэтому мы в медицинских и воспитательных целях пройдём как миленькие эту замечательную Голицинскую тропу. Слово "пойдём" в словаре Аннушки многозначное, означает "пойдём, поползём, поплывём, сдохнем, но прорвемся". Аня по тропе каждый год ходит- восхитительно тропа бодрит организм. Вылечим плоскостопие, воспаление хитрости и место Силы мне организуем по-быстрому. Сначала бодро шли по можжевеловой роще. Пахнет обалденно. Воздух стерильный, снаружи и внутри меня. Лишь на пожухлой от солнца траве валялются трупы глупых микробов. Рекламой артрита и радикулита бонсайно понатыканы деревья вдоль тропы.Солнце отрабатывает лето по расписанию Венеры. Сила. Сила уходит из меня, чувствую. Дважды перелезали суровое ограждение из двух досточек. Всесезонные и всевозрастные потребности нас звали. Пописать и переодеться в купальники, ибо у моря нет уютных местечек. Писать неудобно, можжевельник не только пахнет, но и колется. Сзади, сверху и снизу, чего от дерева не ожидаешь. Продолжаем движение 500 метров вверх- вниз без парашюта. Голая земля, камни, солнечный удар и лёгкий ожог морды лица поддерживали нас в пути. Если удачно свалиться с обрыва, можно моментально попасть на удивительно гармоничный пляж. Для трусов сделаны ступеньки вниз, разновидность — трамплин.Спускаемся, одновременно накачивая бицепсы рук. Перила просят, чтоб их придерживали нежно. Море плещется внизу вдоль узкой полосы отвалившихся скал. Щедрой Божьей рукой разбросаны неудобные для ходьбы валуны, галька и красные люди. В море заползаем, бережём ноги, они у нас пока красивые. Плаваем. Я у берега, Аня без дна. Делаю ее эротичные фото на память. Видно чётко волны, камни и среди них маленькую русую голову. Шикарная грудь под водой. Да, так я не заработаю. А вблизи она не любит фотосессии, синяком клянусь. В следующий раз, Аннушка сказала, у нас каяки. Боже, спаси меня. Ирина Гончарова

Младший сын дерзок. Лишила бы наследства, но пока мало наследила. Шутит моими шутками, сарказм вообще один в один. И главное когда, когда он так вырос и возмужал в языке? Или языком?Осваивает права. Обязательства отметает как несущественный атавизм. Во всех спорных ситуациях с высоты своего роста просто обнимает за плечи и говорит мне: - Ты логику улавливаешь? Я улавливаю, но почему-то дергается левый глаз. Ирина Гончарова