Несдержанная Настя

В одном селе, де-то посреди карельских лесов, мужички придумали как обойти закон, запрещающий изготовление традиционного напитка. Сложили из бревен небольшой сарайчик, да не у себя в огороде , а в овраге. Построили, печурку сложили, дровишек натаскали. Осталось только воду вовремя приносить. Установили дежурство и открыли производство. В тот день пришла очередь Кузьмы. Заправил он аппарат, растопил печурку и только успевает воду менять. Полные бутыли сразу домой в погреб относит. Почти закончил работу, осталось еще пару ведер воды принести, и можно Митричу смену передавать...

В тот прекрасный летний день совсем никто не ожидал, что невеста начнет рожать прямо на свадьбе. Никто даже и не подозревал о ее беременности, включая и новоиспеченного мужа, настолько она обычно выглядела. Варя встречалась с Петром тайно. Не то, чтобы они не подходили другу другу, никто из них не был и обременен узами брака, а просто так почему-то захотелось Петру. -- Не время еще. Зачем лишние сплетни по деревне пускать. Разве нам не хорошо, вот так, вдвоем, в тишине и покое, без лишних глаз и языков? Мы ведь и так счастливы, да? -- Так то оно так...

Бабу Валю и деда Трофима обворовали. Ну, как обворовали, просто обманули так, что те сами всё отдали. В тот день старики как раз получили долгожданную пенсию, выписали газетку с местными вестями, взяли пару банок тушёнки, чтобы выручить почтальона и дед Трофим отправился в магазин, надо было рассчитаться с долгом и прикупить чего-нибудь свеженького к чаю. А пока мужа не было, в дом к бабе Вале постучали. Цыгане частенько приезжали к ним в деревню. Кто-то продавал постельное белье и различные вещички, кто-то собирал и скупал металлолом по дешёвке, а некоторые просто попрошайничали...

Когда Светлана Ивановна узнала, что девушка её сына забеременела, то сразу же выступила категорически против. -- У Тани твоей ни кола, ни двора,- доказывала она Дмитрию, нервно нарезая круги по комнате,- мало того, что сирота круглая, так еще и никаких перспектив в будущем. Женщина присела у большого резного стола из красного дерева и продолжила в более спокойном тоне: -- Ну, посмотри сам, сынок. Сейчас у вас родится ребеночек. Таня будет к нему полностью привязана, а тебе придётся идти работать, вместо учебы, чтобы содержать всю семью...

Всё началось с банальной истории, беременную Ленку бросил парень. Встречались они тайно и недолго. А всё потому, что Ленка Денису совсем не подходила. Его родители были богатыми и перспективными, а она жила с мамой, бабушкой и прабабушкой. Правда у Ленки был еще брат, но тот лишь одно название, дурак и бродяга. Хотя он и сыграл главную роль в судьбе совей сестры. Как-то, совсем неожиданно, нагрянул в гости Валерка. Да не один, а с каким-то другом, видимо вместе отматывали последний срок. Да еще и невесту привёз знакомиться, такую же...

Когда Димка стал встречаться с Надькой, Надежде Петровне это не понравилось. А уж, когда они объявили, что девушка её сына залетела, то привычный мир для женщины рухнул. Не о такой снохе она мечтала. Сама всю жизнь билась как рыба об лёд, чтобы вырастить одной двоих сыновей. Крутилась как могла, чтобы в доме достаток, чтобы у них всё было, чтобы не хуже, а даже лучше, чем у людей. Не досыпала, не доедала, надрывалась, но вс сделала для этого. Замужем была один раз, не сложилась и больше не выходила...

-- Я тоже хочу в дом престарелых,- с неожиданной надеждой посмотрела Антонина Ивановна в глаза сыну. -- Опять начинаешь? -- Нет, Витенька, всё хорошо. Спасибо вам за всё, кормите-поите, обстирываете, в тепле сижу. Низкий вам поклон. Скучно мне, сыночек. А там всё ж компания будет. Близкие мне по возрасту люди. Да и медицинский присмотр на месте. Молодым жить надо, а старикам покой и дружественная обстановка. Очень тебя прошу. Виктор не хотел соглашаться, но Марине данная идея очень понравилась. И старушек отправили...

После похорон и поминок будни потекли своим чередом. Антонина Ивановна немного пришла в себя. Хоть моральное состояние желало лучшего и руки ни к чему не лежали, но она всё же пыталась быть полезной в семье сына. -- Маам,- раздражительно кричала Соня,- бабка опять на кухне навоняла. Зачем она вот это всё там жарит с утра? Кто это есть будет? Ты скажи ей, чтоб не вставала с постели пока я из дома не уйду. Мешается под ногами, а потом у меня весь день плохое настроение. -- Антонина Ивановна,- Марина спокойным, но твердым голосом обратилась к свекрови,- вы это, кончайте со своими привычками...

Антонина Ивановна стояла напротив своего догорающего дома с закрытыми глазами, из которых текли слезы, настолько горячие, что не замерзали на сегодняшнем, просто жутком, морозе и неистово молилась. -- Только бы успели, только бы он был жив. Как же я без него... Вокруг было много народа. Сбежалась почти вся деревня. Наконец-то приехали и пожарные, которые пытались спасти оставшегося внутри мужа Антонины Ивановны, Михаила Васильевича, лежачего инвалида, прикованного к постели. -- И зачем же я так топила-то сегодня...

-- Ну ты у меня достукаешься,- баба Зина толкнула ногой обшарпанную старую дверь,- Манька, ты дома? В углу, на старом ободранном диване, под кучей тряпья, что-то зашевелилось. -- Ммм, чего тебе опять надо? Ну, чего ты приперлась. Итак не высыпаюсь, только легла вздремнуть и тут ты опять! -- Знаю я твое не высыпаюсь,- соседка прошла в комнату, смахнула платочком пыль с табуретки и уселась за стол. -- Опять всю ночь квасили. А теперь отлеживаешься. Дети по двору без штанов голодные бегают. Санька вон уже весь зелеными соплями изошел...

На самой крайней улице маленького села, прямо на самом её углу, в давно заброшенный домишко кто-то въехал. Жила там одинокая старушка, которая отошла в мир иной несколько лет назад. Детей и родственников у нее не было, поэтому дом и оказался никому не нужным. Как и многие вокруг. Поэтому новость о том, что в домике кто-то поселился, всколыхнула в сельчанах радость. Ну, хоть один не успел прийти в окончательное запустение и превратиться в руины. Удивительно было лишь то, что приезжал туда молодой человек, лет тридцати пяди с виду, примечательной южной внешности, занимался ремонтом...

В деревне только ленивый не гадал от кого же у Маньки сын народился. Мало того, что и посадить за такое могут, мудрено ли, в пятнадцать то лет и уже мамашей стала, но и второе - подозреваемых пруд пруди. Манька, конечно, сразу ткнула на самого богатого. Ну, а чего мелочиться. Сама то сколько горюшка от своей бедности хлебнула с больной бабкой и матерью алкоголичкой. Надеялась, что может хоть тут повезет. Но санитарка в местной поликлинике сразу отрезала. --Я,- говорит,- уже не одни такие роды принимала...