Вячеслав Воейков

Ма-да-м! Ма-да-м Свири-и-до-ва-а! Крик доносился издалека, сливался с музыкой, гремевшей из санатория, а затем звуки эхом отражались от заборов, сделанных из проф листа, и уносились в небо. Между заборами извилистой змейкой тянулась неширокая асфальтовая дорожка, уходящая к морю. По дорожке, грузно переваливаясь с ноги на ногу, шла толстая женщина, на вид лет около сорока. Прозрачный платок темного цвета слегка прикрывал ее мощные круглые плечи и пышную грудь. Рядом, сутулясь, шагал худощавый парень, он пристально смотрел на женщину, а руки его медленно поднимались и отпускались, как крылья уставшей птицы...

Василий вскочил с постели ни свет ни заря. Сегодня он ожидал гостей. Николай, давний товарищ по охоте, в телефонном разговоре обещал появиться у него до обеда, а если получится, то и раньше. С усмешкой добавил, что приедет не один, а с городским приятелем: «Ну уж слишком настырно просится городской, интерес у него есть к охоте».        За ночь изба остыла. Поеживаясь, он натолкал в печь сухих дров, и когда поленья защелкали и разгорелись, расправил плечи и от мысли, что вот-вот станет тепло, заулыбался…      Одевшись и поставив чайник на печь, вышел во двор. Сентябрьская прохлада зябко охватила плечи, проникла под одежду...

Наступил вечер, из детского сада выходили мамы и папы со своими ребятишками, и весело болтая, расходились по домам. Бабушка стояла у входных дверей, и переживала, что не вовремя пришла за внуком. Когда людской поток угомонился, она, преодолев коридоры и подъемы по лестницам, увидела воспитательницу и, улыбаясь, спросила:     -    А где мой мальчик?       Молоденькая веснушчатая девушка показала на широкую, с узорами дверь,  та была полуоткрыта. Бабушка увидела, как посреди игровой комнаты, мальчик и девочка из кубиков собирали домик.      Мальчика звали Ярослав, вот на него и любовалась...

Весна стояла мокрая, затяжная. Тепло и холод поочередно тянули на себя одеяло, и потому все разговоры обывателей сводились к обсуждению погоды. Действительно, природные катаклизмы волновали сейчас народ гораздо больше, чем политические события или завезенное на базар испорченное мясо…        В глубине небольшой однокомнатной квартиры на диване сидел сухонький невысокого роста старик. Он уже давно тупо смотрел на темный экран телевизора, который даже не был включен. Постепенно веки его стали наливаться тяжестью, глаза закрылись и голова запрокинулась. В этот момент сонную тишину разорвал хриплый лязг, а затем скрежет и дребезжание заработавшего холодильника...

Я очнулся, и ощутил на своем лице сапог. Да, именно сапог, и он конкретно сдавил мое лицо, прижав к земле. Сапог шевелился, и я ощущал холодные подковы на его каблуке, и на носке.        Я скосил глаза, и насколько смог, разглядел над собой толстого рыжего немца, хотя он был обросший, но выглядел лет на двадцать пять. Он смотрел в сторону, и с кем - то разговаривал на своем немецком, после они начали смеяться…       Неожиданно закуковала кукушка, он поднял руку, и стал выкидывать пальцы на каждый звук…       Я зажмурил глаза, и представил, что он отсчитывает, мое время, минуты моей жизни…Он стоял на мне, как охотник на туше животного...