Клим Солнцев

В этот момент мама постучала в окно, зовя детей завтракать. Ларри и Дейзи поблагодарили почтальона и побежали в дом, убежденные, что питерсвудские Голланды никакого отношения к интересующему их делу не имеют. Таким образом, оставался только один Голланд – владелец авторемонтной мастерской из Марлоу. Когда Пип, Бетси, Ларри и Дейзи зашли к Фатти, тот уже уехал на разведку. – Наверное, укатил в Марлоу, – сказал Ларри. – Подождем его в сарае – там тепло и уютно! Бастера в сарае не было: Фатти взял его с собой, усадив, как обычно, в укрепленную на багажнике велосипеда корзину...

По дороге проехал огромный грузовик, да так близко, что в закусочной задребезжали окна. Вдалеке трещал транзисторный приемник. С другой стороны автостоянки, возле склада, стояла та же полицейская машина, и ее плохо закрытая дверца хлопала на ветру. Хейли вернулась за столик и допила кофе. Потом встала и расплатилась по счету. Когда она вышла из закусочной, парень в красной бейсболке стоял, прислонившись к электрическому столбу. Он курил, вперив в нее взгляд. Она тоже пристально посмотрела на него, и он отвел глаза в сторону...

Синди отправилась в раздевалку, где уже переодевались ее подружки, и Норма, воспользовавшись этим, решила поговорить с их педагогом, мисс Гудж, милой, коротко стриженной женщиной лет тридцати. Она была родом из Кентукки, а в Эмпорию перебралась прошлой зимой вслед за мужем, работавшим в здешней страховой компании. Она рассыпалась в похвалах Синди, которая, по ее мнению, делала значительные успехи. Выйдя из студии, Норма перешла улицу и направилась к озеру, находившемуся в противоположной стороне...

Он нанес мыло для бритья на щеки и подборо­док, окунул помазок в миску с водой, поднес его к лицу и водил кругами, пока кожа не стала блестяще-белой. Закончив, он сбрил намыленную щетину сна­чала со щек, а потом с шеи. С каждым движением к бритве прилипал слой пены, которая постепенно из белой сделалась светло-коричневой — к ней примешались желтые волоски с подбородка, похожие на песчинки. Он провел бритвой по краю миски, чтобы стряхнуть пену — она медленно оползала и расплывалась на поверхности воды отдельными клочьями...

Наконец показался знакомый мостик. Эрн перешел на другой берег и засеменил по дороге, которая вела к городку. Подкравшись к дядиному дому, он обогнул его, достал предусмотрительно взятый им ключ от задней двери, открыл ее и проскользнул внутрь. Мистер Гун уже храпел в своей постели. Сразу же по возвращении с Рождественского холма, не подозревая, что Эрна нет дома и стараясь не шуметь, он быстренько разделся и лег спать. Только бы Эрн не узнал о его походе на Рождественский холм! В отличие от дяди,...

Эрн послушно взял учебник математики и сел за кухонный стол. В предыдущей четверти ему выставили плохие отметки, поэтому на каникулы он получил большое домашнее задание. Но сейчас ему было не до уравнений: он все думал о Пятерке Тайноискателей – особенно о Фатти – о таинственных огнях на Рождественском холме и о притаившихся там разбойниках. Ну ваще! Вот это дело! Однако его очень тревожило, как бы дядя не запретил ему встречаться с ребятами. А вдруг он вообще запретит выходить из дому? Как тогда...

До встречи, намеченной на восемь утра, оставалось четыре часа, а еще же Митьке надо завтрак приготовить. Впрочем, в чертежи она сейчас вглядывалась только ради того, чтобы сбежать от проснувшегося внутри неведомого страха. По большому счету все давно было готово, но проверять себя в мельчайших деталях лучше, чем тревожиться неведомо из-за чего. Через два часа Лена, наконец, аккуратно собрала необходимые бумаги в папку и пошла на кухню, приняв решение испечь блины, которые сын очень любил. Вечно занятая...

Встав с кровати, она нащупала ногами тапочки, стараясь двигаться неслышно, вышла из спальни в коридор, дошла до комнаты сына и заглянула через приоткрытую дверь. Разметавшийся на кровати Митька спал крепко и спокойно, как и положено в двенадцать лет. Ее тихих шагов он, разумеется, не услышал. Немного успокоенная Лена вернулась в спальню и рассеянно погладила вопросительно глядящую на нее собаку. Пес, восемь лет назад подобранный на улице спаниель по кличке Помпон, разумеется, не мог не заметить ее...

Все взгляды были устремлены на небо. А там зловещие черные тучи приближались форсированным маршем. В рулевой рубке капитан тревожно поглядывал наверх из своего укрытия. Он дал гудок и приказал всем сесть. Первые капли разбились о палубу в тот самый момент, когда судно причалило к берегу. Кораблик сильно раскачивало, его корпус со зловещим скрипом ударялся о пристань. Капитан торопил десяток пассажиров поскорее сойти на берег, когда на остров обрушился ливень, стуча по курткам и пальто, трепля волосы и заставляя судно раскачиваться еще сильнее...

Через час горы расступились, открыв равнину, поросшую бурой травой, качающейся на морском ветру. Грейс приближалась к побережью и, когда на небе вырисовался силуэт стоящего на скале разрушенного замка, она наконец достигла маленького портового городка Обан, где оставила свою машину и села на первый же паром, идущий на остров Малл, – обычный маршрут, чтобы попасть на Айону – далекую младшую сестру Малла. Потом ей пришлось пересечь остров на автобусе, чтобы попасть в скромный порт Финфорт и там занять место на последнем в ее путешествии судне, скоро отчалившем от берега...