Евгений Хрящев

купить их. И потом - как объяснить шаги в коридоре? Они ведь как-то должны быть связаны с дикой охотой короля Стаха. Кто такая Голубая Женщина, которая видением исчезла в ночи, если ее двойник (совсем несхожий двойник) мирно спал в комнате? И кому принадлежит то ужасное лицо, что смотрело на меня в окно? Череп мой трещал. Нет, что-то нечеловеческое, преступное, страшное было тут, какая-то смесь чертовщины с реальностью! Я взглянул на Свециловича, шагавшего рядом, веселого и озорного, как будто эти вопросы для него не существовали...

- А денежки - красненькие, синенькие - свои. - И очень нехорошо рыться ночью в чужих бумагах. - Батюшка, деньги же свои, - тупо тянула она. - Их вам не отсудят, даже если б и были документы. Это майорат Яноуских на протяжении трех столетий или даже больше. - Но ведь свое, батюшка, - чуть не плакала она, и лицо ее стало алчным до омерзения. - Я их, миленьких, тут же в чулок запихнула б. Деньги ела б, на деньгах спала б. - Документов нет, - терял я терпение...

Дубатоук. Земли у него мало, хозяйство и дом, сами видите, бедны, но, видимо, есть припрятанные деньги, потому что у него всегда едят и пьют гости. Остальные - мелочь. - Вы говорите - Гарабурда наследник Яноуской. Почему он, а не вы, ее родственник? - Я ведь вам говорил, мой отец сам отказался от права наследия. Опасно, имение не дает дохода, на нем, по слухам, висят какие-то векселя. - А вы не думаете, что Гарабурда... - Гм...

И снова обратился к Макару: - Ездить придется много. Езду любую быструю. Буду доволен - прибавлю. - Исправно будет, барин, - сказал Макар. - Безотказно. Как поедем? Через Яблочный двор у Ильинских ворот или, может, на Тверскую выберемся да потом через Красную? - Давай через Красную. Гони! Мелодично звякнули бубенцы. Лошади машисто приняли с места. Купец молчал в своем углу, и, хотя Загорскому надо было поговорить с ним, он решил преждевременно не пугать старика...

А ругаться, что люди родом из бывшего Дейновского княжества, страны лесов и болот, и вовсе бессмысленно. Они не посылали к нам вещуна, не тратили времени зря. Каждый понимал, что один не откажется от осады, а второй не сдастся. - А ну-ка, мастер, - сказал я пушкарю, - долбани по этим, на холме. Пушка изрыгнула пламя и резко откатилась назад. Я в подзорную трубу видел, как посланный нами чугунный шар ударил в склон холма, ниже военачальников. Там поднялось легкое тающее облачко. Заржал и встал на дыбы прекрасный белый конь, которого держал за повод парень в белой рубахе...