Слава Устинович

Вахтенный, он же и лоцман, время от времени выкрикивал: — До берега семь кабельтовых... Пять кабельтовых!.. Три кабельтовых... Когда плавкран СПК-7 мягко врезался в береговую гальку, старпом весело приказал: — Начинайте, ребятки, да поживей! Загремели цепи, заскрипели лебедки. С высоты башенного крана грохнул с разинутой пастью ковш. Откусив от берега этак кубиков пять морского гравия, ковш медленно поплыл вверх... — Агз, попались! — услышал вдруг старпом торжествующий голос с берега. Но старпом — человек бывалый. Голыми руками его не возьмешь. — Полный назад! Огни потушить! В разговоры с берегом не вступать! — отдал команду старпом...

На той неделе встречаю во дворе нашего участкового. Ну поболтали о том о сем, насчет футбола проехались. А потом он и заявляет: не по средствам, видишь ли, жжау. Представляешь? Я не отрицаю, кое-что имею: два холодильника, один домашний, другой для дами, гарнитуры: спальный — красного дерева, столовый — под орех. Телевизор, конечно, име ю цветном. Магнитофон «Телефункен», который в комиссионке достал... Ну и что? Ведь все барахлишко горбом нажито: Оттого, мажед- быть, и болезнь эта проклятая ко мне привязалась. Житья не стало. Все беды через нее, будь она неладна. Как ее? Язык вывихнешь, пока название произнесешь...

. Я снял трубку. В трубке смеялись и спрашивали про гвозди. Я нажал на рычаг, снова снял трубк у и набрал аварийную. «Нет, нет и нет! — прокричали мне.— Если вам нужна та база, что была вместо этой базы, то позвоните туда, где была та база!» И я догадался, что не туда попал. Огонь весело обгладывал ножк у стола. Я побежал на улицу искать автомат. Обогнал машину «Скорой помощи» и свернул в переулок, где было пять пустых будок. В первой трубка оказалась аккуратно срезанной вместе с проводом. В другой трубка была, но не было диска. В третьей все было, и я набрал аварийную. «Ты ...

нялись, что если б это было в спорте, то их только фотофиниш мог бы рассудить. Но тут судить пришлось другим способом. Фтни ш все-таки наступил. На третий год соревнований во Фрунз е все-таки удивились, просматривая кое-Какие бумаги из Кенес-Анархая, По этим бумагам выходило, что над урочищем пробушевал страшный ураганище, поваливший четыреста метров забора вокру г рабкоопа и не пощадивший кооперативную же уборную, навес над мастерскими и кое-чего еще. Пришлось рабкоопу на этот ветер тысячу рублей с лишком выбрасывать. Но зато, опять же судя по бумагам, за это время машинно-животноводческая станция заблагоустраивала весь поселок...

Все равно никакого отзвука из столицы. Плюнули на всю механику, стали красть просто. Председатель рабкоопа Сагынбеков стал брать натурой: холодильниками, костюмами, мотоциклами... Привезли 8 поселок три магнитофона, так он себе сразу два взял, а старшему бухгалтеру Войнце только один оставил. — Зачем тебе два? — удивился тот. — Не знаю,— пожал плечами председатель.— Хочется. А на машинно-животноводческой станции интересной «натуры» не было. Брали наличными, но тоже хорошо брали. Подошел однажды к кассе некто неизвестный и неуверенно представился Ивановым. — Пятьсот двадцать четыре рубля мне бы...