Дотянуться до звёзд

Имя этого музыканта сегодня помнят, увы, не все, но его голос навсегда вписан в звуковую летопись эпохи. Это он подарил магию и иронию песням «33 коровы» и «Непогода», а его «Ветер перемен» из «Мэри Поппинс, до свидания» стал настоящим гимном надежды для целого поколения. Его творческий диапазон был невероятно широк: все мужские партии в аудиоверсии рок-оперы «Юнона и Авось» звучат именно в его исполнении. Смеян был человеком-оркестром отечественной рок- и поп-сцены 80-х: от «Воскресения» и «Рок-ателье» до хеви-металлического «Черного кофе» и состава «Апостол», где он играл на саксофоне...

В 70-е годы артист в одночасье проснулся настоящей звездой — роль обаятельного и дерзкого Кеши Четвергова сделала его кумиром миллионов. Позднее Сергей Проханов не только продолжил актёрский путь, но и осуществил давнюю мечту, создав собственный «Театр Луны», который стал домом для таких ярких артистов, как Елена Захарова и Анастасия Стоцкая. Однако за это творческое детище актёру пришлось заплатить высокую цену, полную борьбы, потерь и личных жертв. Отец Сергея, Борис Кузьмич, трудился на стратегически...

Когда в 1944 году в прифронтовой Казани, где воздух гудел от новостей с передовой, в семье инженеров родилась девочка, её отец, вдохновлённый духом времени, хотел назвать дочь грозным именем Воэра — что означало «военная эра». Но мать, мечтавшая о более мягком и поэтичном будущем для ребёнка, настояла на сокращении. "Когда мама пришла домой, то выплакала убрать частицу «во»: «Причем тут война? Она уже скоро кончится, а девочке жить с таким именем. Так много красивых имен – русских, татарских, каких хочешь – причем тут Воэра?»...

Актерский диапазон Михаила Козакова был невероятно широк, однако в народной памяти он навсегда остался во многом благодаря двум культовым образам: коварного и страстного контрабандиста Педро Зуриты из «Человека-амфибии» и эксцентричного полковника Чеснея из комедии «Здравствуйте, я ваша тётя!». Его фирменное обаяние — ироничное, интеллектуальное и слегка отстранённое — превращало любого его героя в персонажа, которого было невозможно забыть. Он с одинаковым блеском блистал на театральной сцене...

Александр Кайдановский вряд ли думал о смерти в 1995 году, несмотря на приближающееся пятидесятилетие. Он был полон творческих замыслов, строил новые отношения с актрисой Инной Пиварс и, как отмечали близкие, казался другим человеком — не тем, каким его знали бывшие жены. Даже в своём дневнике в день четвёртой свадьбы он написал несколько слов о безмерном счастье. Но этого счастья ему было отпущено всего три недели. Первая жена Александра Кайдановского, Ирина Бычкова (впоследствии врач-психолог), вспоминала, что их встреча была типичной для театральной юности...