Петр Чех

Без особых мучений, Не нужно долго болеть-нужно следить, Мой час придет ко мне, Мой час, и сейчас Принеси вечное, Непробудный Сон, Теперь, когда мой Пастырь, он Чья любовь присматривала за мной, Лежит в глубине.49 Вторая пьеса в трилогии, "Феофороэ", или "Носители освобождения", получила свое название от хора женщин, которые приносят подношения на могилу короля. Клитемнестра послала своего маленького сына Ореста на воспитание в далекий Фокис, надеясь, что он сможет забыть смерть своего отца. Но тамошние старики учат его древнему закону мести: “Пролитая капля жаждет новой крови”; государство в те...

В июле 2000 года российский журнал "Вопросы истории" впервые опубликовал длинные выдержки из дневника главы Коминтерна Георгия Димитрова. Документ был обнаружен историком Российской академии наук Ф. И. Фирсовым из Архива Центрального комитета Коммунистической партии Советского Союза. Под грифом“строго секретно”(строво секретно) дневник Димитрова содержит много разоблачающих фактов об отношении Сталина к мировой революции, капиталистическим государствам, Германии и предстоящей войне. Например, мы узнаем, что Сталин не только не преуменьшал важность деятельности Коммунистического интернационала на любом этапе его истории, но и проявлял особый интерес к его работе...

1095–1300 I. ЭСТЕТИЧЕСКОЕ ПРОБУЖДЕНИЕ ПОЧЕМУ Западная Европа в двенадцатом и тринадцатом веках достигла апогея искусства, сравнимого с Афинами Перикла и Римом Августа? Набеги норвежцев и сарацин были отбиты, мадьяры приручены. Крестовые походы пробудили лихорадку творческой энергии и вернули в Европу тысячи идей и форм искусства с византийского и мусульманского Востока. Открытие Средиземного моря и открытие Атлантики для христианской торговли, безопасность и организация торговли вдоль рек Франции и Германии и на северных морях, а также расширение промышленности и финансов породили богатство, неизвестное...

Давайте воздадим должное Муавии. Он завоевал свою власть сначала назначением добродетельного Омара губернатором Сирии; затем, возглавив реакцию против убийства Османа; затем интригами настолько тонкими, что редко приходилось применять силу.” Я не применяю свой меч, - сказал он, - там, где достаточно моей плети, и не применяю свою плеть там, где достаточно моего языка. И даже если есть хоть один волос, связывающий меня с моими собратьями, я не позволяю ему сломаться; когда они тянут, я ослабляю, и если они ослабляют, я тяну”10. Его путь к власти был менее воплощенным, чем у большинства из тех, кто открыл новые династии...

Абеляр оставался с Уильямом, как он говорит нам, “в течение некоторого времени”. Затем он сам начал преподавать, сначала в Мелене, потом в Корбейле, в сорока, а в других двадцати пяти милях от Парижа. Некоторые критиковали его за то, что он открыл свой собственный магазин после слишком короткого ученичества, но большое количество учеников последовали за ним, наслаждаясь его быстрым умом и языком. Тем временем Уильям стал монахом в Сент-Викторе и “по просьбе” продолжил там свои лекции. К нему, после “тяжелой болезни”, Абеляр вернулся учеником; очевидно, на костях Уильяма было больше мяса философия, о чем свидетельствует поспешное прочтение краткой автобиографии Абеляра...