Камилла Бочагова

Джал со смехом обнял его. Простился со взрослыми, обещая держать их в курсе. Они заперли дверь за Джалом и вышли на балкон помахать ему.    Роксана прижалась к мужу, с удовольствием вдыхая запах сандалового дыма, пропитавшего его одежду.    — Мне показалось, что Дейзи очень нравится Джалу. Представляешь, как было бы хорошо, если бы…    — Я тебя умоляю! — остановил ее Йезад. — Вашей семье не очень-то везет с браками.    Он сидел за обеденным столом, вертя чайную чашку. Роксана ушла на кухню приготовить ему ужин из того, что осталось в доме. Он взглянул на тестя, на его руки и ноги, беспомощно трепещущие под простыней...

Дейзи вернулась к разговору с Нариманом о трудностях на пути осуществления ее мечты. Джал не сводил с нее восхищенных глаз.    — Ну скажи ей что-нибудь, — подтолкнула его Роксана.    — Потом.    Снова зазвучала скрипка.    Пришел Йезад, тихонько отперев дверь своим ключом, увидел Джала, кивнул. Ему так хотелось узнать, что с потолком, но надо было подождать, пока заснет Нариман. После ухода Дейзи они перешли в маленькую комнату.    — Ну, каковы последние известия из дому?    — На прошлой неделе я бы ответил как Эдуль: «Чемпион». А теперь не знаю, что сказать.    Излагая историю с гнилой балкой, Джал тревожно переводил глаза с Йезада на Роксану...

Возражений больше не было. Решили, что Эдуль продолжает трудиться.    КОГДА ДЖАЛ явился в «Приятную виллу», его сердце забилось при виде Дейзи со скрипкой у постели Наримана. Он хотел поздороваться, но рука со смычком поднялась, и его приветствие уткнулось в локоть Дейзи.    Отчим молча кивнул, Джал погладил его по плечу и тихонько уселся в сторонке. Поправив слуховой аппарат, чтобы лучше слышать музыку, он спросил Роксану, где Йезад.    Она шепнула, что, должно быть, зашел в храм огня.    — Йезад? В храм? — поднял брови Джал.    — Почти каждый день заходит, — кивнула Роксана. — Не молиться, говорит...

— Не веди себя как ребенок! — прикрикнула на Джала Куми. — Давайте все спокойно обсудим. Эдуль, ты уверен?    — На тысячу процентов.    — Понятно.    Куми стала соображать: замена балки означает, что папино возвращение опять откладывается.    — А ты можешь за это взяться?    — Не хочу врать. Это серьезная работа. Чревата опасностью, если что не так сделать. Нужен человек, который будет работать тщательно и без спешки.    — То есть нужен ты, — сказала Куми, заставив Эдуля улыбнуться.    — Умоляю, оштукатурь потолок и больше ничего не трогай!    — Без драмы, Джал, — оборвала его сестра.    — Но...

— Знаешь, Эду, я поверить не могу, что ты все это сделал один! Ну не потрясающие у него руки? — пригласила она Джала и Куми присоединиться к ее похвалам.    — Отличная работа, Эдуль, — забормотали они. — Мы так благодарны…    — Пустяки, — скромно отмахнулся Эдуль, хотя глаза его сияли. — Вы уж извините, что я столько провозился.    — Четыре недели совсем не долго для такой замечательной работы, я думала, потребуется больше! — сказала Куми.    Манизе злобно посмотрела на нее.    — Теперь ты можешь приступить к папиной комнате, — сказал Джал.    Но Эдуль заявил, что берет трехдневный отпуск. Они с женой вышли, взявшись за руки, сопровождаемые добрым, отеческим взглядом Джала...