Ян Кирченко

– Пустяки, – отмахнулся Магистр Нуфлин. – Ничего с ним не случится. Будем надеяться, что со мной тоже. А теперь хватит болтать. Не знаю как вам, а мне время дорого. – Безусловно, – кивнул Джуффин. – Пузырь Буурахри ждет вас в саду. Сэр Макс потрудился захватить с собой дорожную сумку. Насколько я успел вас изучить, прощальных сцен не намечается, верно? – В таком случае помогите мне встать, – вздохнул Нуфлин. – Вот уж не думал, что однажды мне придется принимать чью-то помощь. Его худое тело показалось мне почти невесомым...

– Я тоже, – искренне сказал я. – Быть недовольным жизнью в вашем присутствии – ересь и святотатство. – Молодец, – одобрила леди Сотофа. – Чему ты точно успел научиться, так это делать мне удачные комплименты. Именно такие, которые мне нравятся. Если бы мы встретились в другой день, я бы непременно угостила тебя вареньем. Мои ученицы варят его из нераспустившихся бутонов айоххи. Эти сладкие цветы растут только на севере Черухты. И еще, разумеется, в нашем саду. Впрочем, не буду травить тебе душу...

– Моему адвокату дадут слово или меня сразу расстреляют? – осведомился я. – А что такого интересного может сообщить твой адвокат? – полюбопытствовал Кофа. – Кстати, давно хотел спросить: что это за нелепая профессия? – Адвокат – это такой специальный человек, который помогает влипшим в неприятности идиотам выкручиваться и оправдываться. Почему-то считается, будто сами они слова в свою защиту сказать не способны, – тоном знатока объяснил ему Мелифаро, большой любитель криминального кино моей исторической родины...

– Не знаю еще, – я пожал плечами. – А что ты забыл на Уандуке? – строго спросила она. – Могу соврать, могу промолчать. Выбирай, что тебе больше нравится. – Понятно, – вздохнула Меламори. – Расспрашивать бессмысленно, да? Ну тогда хоть соври, чтобы я была в курсе официальной версии. Я послушно пересказал ей очередной шедевр сэра Джуффина Халли, который уже давно снискал себе славу если не самого талантливого, то, безусловно, самого плодовитого автора в жанре художественной фальсификации. Господа...

Это его выступление мне, чего скрывать, очень даже понравилось. Хотел бы я только, чтобы тон шефа был хоть немного уверенней. – Ехать-то когда надо? – спросил я. Печальный опыт совместной работы с сэром Джуффином Халли научил меня, что на такой вопрос существуют два ответа: «Прямо сейчас» и «Вообще-то, надо было еще вчера, но…» Однако на фоне моих мрачных прогнозов ответ шефа прозвучал весьма оптимистически: – Сегодня ночью. Под покровом темноты – а как ты думал? Да, и имей в виду, Макс, об истинной цели твоей поездки не должен знать никто...

– Ждал, пока припечет по-настоящему, – сочувственно кивнул я. – Могу его понять, просто невозможно заставить себя сделать некоторые вещи, пока тебя не припрут к стенке. И в первую очередь это касается визитов к врачу. А ведь поездка в Харумбу чем-то сродни посещению знахаря, верно? – Ну, в каком-то смысле, – хмыкнул шеф. – Тебе-то еще простительно подобное легкомыслие, по молодости да по глупости многое сходит с рук. А вот Нуфлин мог бы быть хоть немного рассудительнее. Однако он тянул с отъездом до тех пор, пока смерть лично не заявилась на порог его спальни...

Но для того чтобы скопить целый миллион корон, даже мне потребовалась бы почти вечность, да еще и проведенная в режиме суровой экономии. – М-да, пожалуй, бессмертие мне пока не по карману, – печально заключил я. – Бессмертие по рецептам Харумбы тебе в любом случае не светит, как и прочим Вершителям, – с неуместной жизнерадостностью сообщил мой задушевный друг, сэр Джуффин Халли, злодей, каких мало. Посмотрел на мою разочарованную рожу и снисходительно добавил: – Не расстраивайся, сэр Макс...

– Да уж, – фыркнул Джуффин, вручая мне кружку с горячей камрой, каковая, вопреки его зловещим посулам, все-таки была сварена и подана не в тазу, а в обыкновенном кувшине, размеры коего, впрочем, впечатляли. Мы немного помолчали. Я терпеливо ждал, когда шеф соизволит наконец объяснить, зачем я ему понадобился. А он внимательно разглядывал некую загадочную точку в пространстве, аккурат над моим левым ухом, и не торопился приступать к делу. – Ну и дельце тебе предстоит, сэр Макс! – наконец сказал Джуффин и снова задумчиво умолк...

Ничего не вышло, к моменту встречи я пребывал в совершенно лучезарном настроении. Зато Джуффин был мрачен, как отражение грозовой тучи в тусклом зеркале. Он поднялся было мне навстречу, серебристое лоохи сверкнуло в лучах полуденного солнца, как крылья стремительной чайки, но на середине пути шеф вдруг передумал и рухнул обратно в кресло. Адресовал мне тяжелый испытующий взгляд исподлобья и отвернулся к окну. – Можно подумать, что это не вы меня, а я вас разбудил, – заметил я, разглядывая его насупленные брови...

У сэра Джуффина Халли, безупречного практически во всех отношениях джентльмена, имеется одна-единственная скверная привычка, каковой, впрочем, вполне достаточно, чтобы свести в могилу человека, вынужденного ежедневно иметь с ним дело. Шеф обожает будить людей в самое неподходящее время. Иногда я начинаю жалеть, что мы с ним не живем в простом и понятном мире, где деспотический начальник, возжелавший силой извлечь своего заместителя из сладкой тьмы сновидений, вынужден использовать примитивные...